Книга Тушью по акварели, страница 27 – Татьяна Лайт

— И так, вам как будущим родителям, пора спать, отсыпайтесь, пока можете, — пошутила и сама же рассмеялась женщина, — а нам, — посмотрела она на изрядно подвыпившего мужа, — по-стариковски спать пора.

Я подозвал официанта и оплатил счет.

— Ох, какой широкий жест, значит в следующий раз, мы платим, — подмигнула мне Света, пытаясь поднять мужа с мягкого сидения.

— Как скажете, — помог ей в нелегком деле, поставив заказчика на ноги.

Мужчина будто привычно накинул руку на плечи жены, та обхватила его талию и очень ровно, совсем не качаясь пара пошла к выходу, где с ним учтиво и очень радушно попрощался администратор. Так же улыбался он и нам.

— Ох, вы такие трогательные, милые. Просто хочется кричать: «Горько», — повернулась к нам уже на улице женщина, на которой все так же висел ее муж, — Вот вы ни разу за вечер не поцеловались, не пожамкали друг друга, но от вас исходит такое трепетное чувство любви. Это поразительно. Ни капли не сомневаешься, что вы пара, хоть очень скромная.

— Мы на работе привыкли держать дистанцию, — тут же отозвалась Слава.

А я воспользовался моментом, притянул ее к себе, и нежно поцеловал в макушку, от чего сам чуть не заурчал как сытый кот. Девушка не отпрянула, а повернулась ко мне лицом, уткнулась носом в грудь, и опалила ее своим горячим дыханием. У меня чуть ноги не подкосились. Обнял ее сильнее, прижимая к себе теснее.

— Я сейчас заплачу, Виль, ты видишь это? — толкнула она мужа, от чего тот, чуть не упал, — ой, все. Пойдем мы, пока я не начала завидовать. До завтра, голубки! — крикнула женщина и махнула на прощание рукой.

Я еще долго не хотел отпускать Славу из объятий. Мне хотелось продлить этот момент. Растянуть его. Но вскоре девушка зашевелилась в моих руках.

— Ушли? — подняла она голову, от чего мне пришлось посмотреть вниз, и оказаться в преступной близости к ее губам.

Я смотрел на лицо Яси, всматривался в каждую черточку, любовался. И нестерпимо хотел впиться в ее губы, и истерзать их самым горячим поцелуем.

Я была благодарна Светлане, что она настояла на прогулке. Это была поистине прекрасная идея. Я физически утомилась, морально отвлеклась. Напряжение постепенно спало. И это только благодаря прогулке. Если бы мы сразу вернулись в отель, как предлагал Яр, ой Ярослав Иннокентьевич, то я просто бы сидела в своей комнате и накручивала свои нервы до невозможности. И не известно бы как потом спала. А так, я вырубилась, едва вышла из душа и коснулась головой подушки. Провалилась в сон, как всегда, без сновидений.

Утро было ранним. Но чувствовала себя отдохнувшей. Привела себя быстро в порядок, и вышла в общую комнату. Там я натолкнулась на сонного и хмурого Ярослава Иннокентьевича. Он стоял в махровом халате, босиком, с его волос стекали капли воды и струились по красивой мужественной шее, прячась за ворот халата. В руках он держал чашку с блюдцем, от которой разносился на всю комнату аромат кофе. Балконная дверь была открыта, и моим первым поровым было выбежать туда. Но я себя остановила.

— Доброе утро, Яся, — осмотрел он меня с ног до головы, потом еще раз из-за края чашки, потом отхлебнул из нее и поставил на столик на колесиках, — угощайся, я попросил завтрак в номер.

— Зачем? Я могла и спустится, — почему-то смутилась я, но уже не так сильно, как это делала вчера. Будто притупилось что-то внутри.