Книга Мир, страница 36 – Таша Робин

— Не так, — Кричал клипмейкер.

— Слушайте, это мой клип и я хочу, как тогда было.

— Я знаю лучше.

— Я сказала, что это моё видео, я в нём снимаюсь, — Продюсер со мной согласился.

— Что не так? — Я позорно молчала, а потом подрасла но в своих глазах.

— Этот кадр вырезать, на меня надеть халат и вот здесь мужчине добавить стек.

— Я это и хотел сделать.

— Нет. Это были вы, а это я сама научилась, — Меня зауважали сразу. Причём все. Клипмейкер хотел сделать не это он потом не поймал со мной ни одной моей идеи, в отличие от Игоря, который терялся в себе. Я росла, он тоже. Я не хотела курить, время особенно и уставая на съёмках, я один раз разбитая пришла через неделю после их окончания.

— Возьми выходной, — У него был конец консептуала.

— Хорошо, — Взяла я стопку бумаг и села в кресла, — Я на выходном, — Мне стало легче. Меня не отвлекали и к своему удивлению, я закончила всё, — Я всё, — Я и выглядела не устала.

— Ты как с курорта.

— Так я им только и занималась.

— Тоесть, посвятив себя не всей работе с отчотами, а только ему одному, — Он хлопнул себя по лбу, — Как быстро ты его закончила.

— За два часа, потом долго дописывала, что-то меняла.

— Как меняла?

— Я принесла, — Он очень удивился.

— Я помню твои слова.

— Какие? — Я в удивление расширила глаза.

— Игорь. «Можно я буду знать всё, что касается моих трендов» Это твой тренд.

— А, тоесть всё остальное, — Он опять прикрыл свои глаза и в этот момент к нам вошёл кто-то. Тяжёлый взгляд опустился на плечи.

— Я на запись.

— Иди, — Игорь хотел сказать другую фразу и мне стало жаль других тех, кто работал рядом с ним, — Хотя, подожди. Ступай вниз, туда где студия. Знаешь? — Парнишка кивнул ему. Он не смотрел на меня. Тип был неприятный и осматривая меня с ног до головы, он о чём-то думал.

— А фигурка хороша, — На столе у Игоря стояла фигура Венеры и мы оба долго смотрели на неё.

— Эпоха видимо понравилась, — Монотонно сказала я.

— Какая?

— Антика на твоём столе, — Просто дополнила я.

А, ты пой-пой,

Лети птичка моя,

Я голубь курносый твой,

Привет передаю.

Пой мой мир,

Я оркестр,

Я тону.

Я пела чужую песню. Поймала из сети знакомый голос и шла и пела.

— Ну и голос, — Этого чувака я не знала, но он кажется говорил и не мне.

А я тону.

Гуталин твоих губ растворяется во мне,

Хлести плетями мощно,

Моя спина исписана крестом,

Зови меня маэстро.

Мне было сложно сопоставлять музыку с тем, что я считала словами и достраивая куплеты с припевами на ходу, я понимала, что моя песня не готова. Я умела играть и сейчас играла собой.

— Ты где?

— По лестнице иду.

— Ты что, только что пришла? — Я очень сильно опаздала.

— Я в аварию попала.

— Доказательства где? — Я долго молчала, а потом покрутила головой.

— Вечером в новостях посмотришь, — Я не ошиблась. Автобус перевернулся знатно, нас вытаскивали через окна. Синяки на моих боках показывать не хотелось.

— Кто поставил? — Он попал сюда чисто случайно. Было уже достаточно поздно.

— Автобус, — Игорь долго молчал а потом подошёл и прикоснулся к моим плечам. Там не было ни ссадины, — На другом тоже есть. Могу показать, — Вырвалось случайно, а потом я отошла.

— Ты сдерживаешься.

— Я не хочу, чтобы мой рот лишил меня. друзей.

— Я не друг, — Я долго молчала и подумалось, что наверное это войдёт в привычку.