Книга Идеальная жена, страница 29 – Линси Сэндс

Кусая губу, Авелин прислонилась к дверному косяку и стала с тревогой наблюдать за тем, как её муж сражается с огнём. Сорванный балдахин свалился на сундук, который, в свою очередь, тоже загорелся и теперь весело пылал. Паэн пытался сбить языки пламени с помощью собственных штанов в одной руке и туники, которой только что пыталась воспользоваться Авелин, в другой. Наблюдая за супругом, Авелин вспомнила, что рассказывал отец, когда они готовились к свадьбе. Лорд Стротон частенько вспоминал будущего зятя. Как подозревала Авелин, отец пытался успокоить её на случай, если она тревожилась из-за приближения дня свадьбы. Отец полагал, что хорошо знает Паэна. Но, по мнению Авелин, он знал только то, что кажется важным с мужской точки зрения; ей же от этого было мало толку.

По словам отца, Паэн необычайно искусно владел мечом что правой, что левой рукой. Это делало его грозным противником в бою. Кроме того, о нём говорили, будто он беспощаден. Как и его отец, Паэн считался выдающимся воином, и это стало решающим доводом для заключения брачного договора, когда лорд Джервилль обратился к её отцу с предложением породниться. Они жили по соседству, а Паэн даже в юности был крупным и сильным для своего возраста и по всем признакам обещал стать достойным продолжателем воинской славы своего отца. Лорд Стротон всегда хотел, чтобы супруг дочери мог о ней позаботиться и защитить её.

Наблюдая, как муж сражается с огнём в спальне, Авелин начала понимать правоту отца. Языки пламени подкрадывались к нему, точно ядовитые змеи, но он не отступал. Взмахи сильных рук следовали один за другим, не ослабевая. Однако она боялась, что его решимости будет недостаточно. Пляшущий огонь взял Паэна в кольцо, перескакивая с места на место, будто обладал собственным разумом и хотел поиграть с ним в догонялки.

Авелин поморщилась: в нежную кожу на пальце вонзилась щепка, и она поняла, что от страха стискивает пальцами дверной косяк. Разжав руку, она сделала несколько шагов к дверям спальни, но остановилась и посмотрела в сторону лестницы. Её поразило, что никто не заметил пожара и не услышал крика Паэна о помощи. Дым наверняка уже начал просачиваться в зал, подумала она, но затем сообразила, что он, наоборот, поднимается наверх, в башню. Разумеется, обстановка на пиру к этому времени сделалась шумной и возбужденной. Видно, они ничего не услышали, иначе кто-нибудь давно примчался бы сюда с вёдрами воды. Оттолкнувшись от дверного косяка, Авелин бросилась к лестнице.

Она попыталась докричаться до них с верхней площадки, как делал Паэн, но и её никто не услышал. Тогда девушка подтянула своё импровизированное одеяние и побежала вниз по ступенькам, крича изо всей силы, на какую только были способны её лёгкие. Она спустилась уже почти до самого низа, когда гости наконец услышали, потому что шум мгновенно стих и все головы враз повернулись в её сторону.

Авелин ждала какой-нибудь реакции – внезапного топота ног, тревожных криков про воду, бегущих на подмогу людей. Но в зале воцарилось гробовое молчание. На неё глазели, разинув рты. Она не сознавала, какое зрелище являет собой, как хороши её пышные формы и полные округлые груди, которые так и норовят вырваться из оков мокрой ткани, в которую она завернулась. Не сознавала, что волосы её, обрамляя порозовевшее лицо, роскошными каштановыми волнами окутывают плечи и ниспадают к самым коленям. Те, кто считал её просто хорошенькой или слишком полной в тёмных, невзрачных платьях и с волосами, безжалостно зачёсанными назад, теперь начали понимать свою ошибку, увидев в ней роскошную, чувственную и лакомую награду. Замешательство Авелин сменилось нетерпением. Её муж в одиночку сражается наверху с огнём, пытаясь спасти замок, а они сидят, точно шишки на бревне!