Книга Идеальная жена, страница 121 – Линси Сэндс

— Как здесь красиво! – воскликнула Авелин, оглядываясь по сторонам. Муж поставил сумку на землю и начал расстилать шкуру. – Откуда вы знали про это место?

— Я нарочно выехал вчера, чтобы подыскать что-нибудь подходящее.

— И в двух шагах от замка, – удивилась Авелин, но сердце её сладко защемило при мысли, что муж специально выбирал для них полянку. Пусть это леди Джервилль подсказала ему устроить пикник, но Паэн приложил усилия и потрудился найти такой прелестный уголок. Это давало надежду. Может, со временем он её и полюбит. Хотя бы чуть-чуть.

— Сядьте, – приказал Паэн, когда шкура была расстелена.

Авелин послушно села, посадив рядом с собой и поросёнка. На её губах играла улыбка. Самсон немедленно убежал исследовать полянку. Некоторое время она наблюдала за ним, не опасаясь, впрочем, что он уйдёт слишком далеко. Поросёнок никогда не убегал от неё – разве что когда хотел поиграть в догонялки. Если бы сегодня Дэвид не погнался за ним, Самсон остановился бы и как миленький вернулся сам.

Паэн с досадой покачал головой.

— Нужно было, чтобы Дэвид забрал это маленькое чудовище с собой. Но я не заметил, что оно у вас на руках.

Авелин вскинула брови.

— Милорд, как можно было не заметить, что у меня в руках свинья?

Паэн поморщился.

— Я задумался.

— О чём же, милорд? – спросила она.

— Боялся, что что-нибудь забыл, – признался он.

Авелин улыбнулась. Хотя Паэн её улыбки и не заметил: он уже деловито выкладывал из сумки провизию и раскладывал на одеяле. Лицо у него было такое сосредоточенное, что её сердце переполнила благодарность. Как же она любит этого человека! Да, любит. Пусть он неразговорчив, но его поступки говорят сами за себя. Паэн заботился о том, что для него важно, – о замке, коне или… о ней. Взять хотя бы тот факт, что он заранее отыскал эту чудесную полянку! Он принял должность кастеляна замка Рамсфельд из опасений, что ей плохо без собственного дома, где она могла бы распоряжаться как хозяйка. Он приказал своим людям восхищаться ею, чтобы она научилась себя ценить. Он начал играть с нею в шахматы, водить на прогулки – и всё просто из-за предположения матери, что это сделает её счастливой.

Под грубой внешностью она обнаружила доброго и хорошего человека. Заботливого мужчину, которого полюбила и который, надеялась она, со временем, возможно, тоже немножко её полюбит.

Паэн поднял голову и открыл рот, чтобы что-то сказать, но застыл как зачарованный, глядя на неё. Так он сидел с минуту, затем закрыл рот, облизнул губы и сказал:

— Вы сейчас такая нежная и просто сияете.

— В самом деле, милорд? – проворковала Авелин.

— Да. Вы просто красавица.

Улыбнувшись, она тихо призналась:

— Я и правда начинаю чувствовать себя красавицей, когда вы смотрите на меня вот так.

— Как так? – спросил Паэн, начиная хмуриться.

Авелин обезоруживающе улыбнулась и ответила:

— Как будто я восхитительное пирожное, которым вы хотите полакомиться.

— Хочу. – Он потянулся к ней.

— Чего вы хотите, милорд? – спросила Авелин, у которой вдруг перехватило дыхание.

— Я хочу полакомиться вами, – прошептал он, потянувшись к ней, и коснулся её губ поцелуем. Для Авелин исчез весь мир, остались только его губы, которые прикасались к ней легко, как пушинка. Она закрыла глаза и сидела так минуту-другую, пока не поняла, что её губы сами собой приоткрываются, а тело клонится навстречу Паэну. Ей хотелось большего, чем эти дразнящие поцелуи. Она жаждала настоящего слияния; ей хотелось ласкать и чтобы её ласкали.