Книга Фредерика, страница 77 – Джорджетт Хейер

Вскоре Фредерика стала осознавать, что у общества складывается весьма преувеличенное мнение о наследстве ее отца. Одно или два случайных замечания свидетельствовали, что ее и Кэрис считали богатыми наследницами если не всего состояния, то по крайней мере значительной его части. Когда миссис Пэрраком, к которой Фредерика сразу почувствовала неприязнь, спросила ее, где именно находится Грейнард, добавив, что слышала о нем как о прекрасном поместье, Фредерика заподозрила, что подобные слухи исходят от Элверстоука. От мисс Джейн Бакстид, очевидно испытывавшей пристрастие к сплетням, она получила инфомацию, что миссис Пэрраком была одной из chères amies^[8] Элверстоука, и, хотя Фредерика резко упрекнула Джейн, она не видела причин в этом сомневаться. Образ жизни его лордства ее не касался, но ей было неприятно участвовать в том, что походило на обман, и Фредерика решила выяснить, действительно ли он ответствен за эти слухи.

Однако немедленной возможности сделать это не было, а когда таковая представилась, это произошло при невыгодных для Фредерики обстоятельствах и вынудило ее задать свой вопрос безупречно вежливо. Его лордство не забыл об обещании взять с собой Джессами, когда он поедет в Ричмонд, управляя новой упряжкой, – точнее, ему напомнил об этом старший конюх Карри, у которого создалось очень хорошее впечатление о Джессами. Поэтому однажды утром маркиз явился за мальчиком на Аппер-Уимпоул-стрит, что заставило Джессами вступить в жестокую борьбу с собственной совестью. Он заявил Фредерике, которая столкнулась на лестнице с Оуэном, поднимавшимся наверх, чтобы передать приглашение его лордства, что принял решение посвящать каждое утро учебе и не должен поддаваться искушению, но Фредерика разумно возразила, что к занятиям можно вернуться позднее. Лицо Джессами просветлело – радостно потирая руки, он велел Оуэну передать маркизу, что спустится сейчас же.

Однако сообщение Элверстоуку передала Фредерика, спросив заодно, не сможет ли он после возвращения уделить ей несколько минут.

Маркиз устремил на нее внимательный взгляд.

— Разумеется, – ответил он. – Какое-нибудь важное дело?

Она колебалась.

— По-моему, да, но вам, возможно, так не покажется.

— Вы заинтриговали меня, Фредерика. Действительно ли я слышу нотки упрека в вашем голосе?

Ей не пришлось на это отвечать, так как по ступенькам сбежал запыхавшийся Джессами, выражая надежду, что не заставил ждать его лордство. Мимоходом простившись с сестрой, он вскочил в фаэтон с таким счастливым и возбужденным лицом, что чувство признательности Элверстоуку за доставленное брату удовольствие пересилило менее благоприятные эмоции в душе Фредерики.

Спустя несколько часов Джессами вернулся в полном восторге. Проводив маркиза в гостиную, он окликнул:

— Фредерика? А, ты здесь! Входите, сэр! О, Фредерика, я так замечательно провел время! Не получал такого удовольствия с тех пор, как мы прибыли в Лондон! Мы были в Ричмонд-парке – у кузена Элверстоука есть разрешение, – он позволил мне держать поводья и… Сэр, не знаю, как вас отблагодарить!.. Кузен показал мне, как правильно поворачивать за угол, как управлять передними лошадьми и…

— Мой мальчик, ты уже достаточно меня поблагодарил – я бы сказал, даже чересчур! – с улыбкой прервал Элверстоук. – Если ты не замолчишь, то рискуешь мне надоесть!