Книга Фредерика, страница 120 – Джорджетт Хейер

— Заметано! – быстро отозвалась она.

— Выкладывай, Феликс! – велел Элверстоук. – Если ты не попал в переделку, то в чем проблема?

— В воздушном шаре, кузен Элверстоук! – заявил Феликс, беря быка за рога.

Леди Элизабет разразилась смехом, который ей быстро удалось превратить в кашель, но его лордство осведомился тоном человека, привыкшего к несчастьям:

— Вот как? А какое отношение я – и ты, если уж на то пошло, – имеем к воздушным шарам?

— Но, сэр! – воскликнул шокированный Феликс. – Вы должны знать, что в четверг в Гайд-парке состоится подъем на воздушном шаре!

— Тем не менее, я этого не знаю. И позволь тебе сообщить, что меня не интересуют воздушные шары. Так что если ты намерен просить меня повести тебя смотреть это зрелище, то мой ответ – нет! Ты отлично можешь пойти в Гайд-парк без моего сопровождения!

— В том-то и дело, что не могу! – Внезапно он устремил на маркиза жалобный взгляд влажных голубых глаз и произнес голосом бедного сиротки: – Пожалуйста, кузен Элверстоук, пойдемте со мной! Вы должны! Это… это обязательно!

— Почему обязательно? – спросил его лордство, бросив успокаивающий взгляд на встревоженную сестру.

— Ну… вы ведь мой опекун, ия… я сказал кузену Бакстиду, что вы пригласили меня пойти с вами! – объяснил Феликс с обезоруживающей откровенностью. Улыбнувшись маркизу, он добавил: – Я знал, что вы меня поймете, кузен Элверстоук! Вам ведь тоже не нравится кузен Бакстид!

— Когда я это говорил? – осведомился его лордство.

— Никогда, но я был бы тупицей, если бы об этом не догадался! – с презрением сказал Феликс. – Кроме того, когда я рассказывал вам, какую лекцию он мне прочитал, когда я прокатился на пароходе, вы говорили…

— Не важно! – поспешно прервал маркиз. – Но какое отношение имеет Бакстид к твоему воздушному шару?

— Он пригласил нас всех поехать с ним в парк посмотреть полет – всех, кроме Харри! – отозвался Феликс тоном человека, повествующего о катастрофе. – Только не говорите, как Джессами, сэр, что это очень любезно с его стороны, потому что если вам кто-то не нравится, то вам совсем не хочется принимать от него любезности!

— Истинная правда! – согласилась леди Элизабет. – Скорее уж хочется, чтобы он вообще не проявлял никаких любезностей!

— Вот именно! – одобрительно кивнул Феликс. – К тому же я прекрасно знаю, что из этого выйдет! Джессами разместится на козлах с кучером, а мне придется сидеть рядом с кузеном Бакстидом и слушать, как он рассказывает сестрам о воздухоплавании, словно он в этом разбирается! Я бы этого не выдержал, сэр! – Увидев, что уголки рта Элверстоука задрожали, Феликс торжествующе воскликнул: – Я знал, что вы поймете! Поэтому, когда я вошел в комнату, не зная, что там кузен Бакстид, и Фредерика сообщила мне, что он нас пригласил, я сказал, что не могу ехать с ним, так как вы уже пригласили меня ехать в парк с вами, сэр! А если Джессами начнет вам жаловаться, что у меня дурные манеры, так это неправда! Я вежливо поблагодарил кузена Бакстида, честное слово! Конечно, если вы не повезете меня в парк, то я уже не смогу ехать с ним, так как это было бы невежливо!

— И ты еще утверждаешь, что не попал в переделку! Неужели твоя семья поверила этому вранью?

— Нет-нет! Конечно, Фредерика и Джессами поняли, что я это выдумал. Фредерика потом запретила мне приставать к вам. Но я ведь не пристаю, а прошу вас, сэр! Она говорит, что вам неинтересно смотреть на полет воздушного шара, но я думаю, это доставит вам удовольствие!