Книга Все, что мы не завершили, страница 104 – Ребекка Яррос

Все верно. Скарлетт приподняла колени, чтобы он мог теснее прижаться к ней бедрами.

Джеймсон обхватил ее за талию и застыл неподвижно, пристально глядя ей в глаза.

— Со мной все хорошо, — заверила его Скарлетт.

На самом деле ей еще никогда не было так хорошо.

Он немного расслабился, накрыл ее губы своими и целовал, пока у Скарлетт не перехватило дыхание; его руки зашарили по ее телу, разжигая в ней уже знакомый огонь, ласкали грудь, дразнили талию, нащупывали сверхчувствительное местечко у нее между ног. В ней вновь зародилась та же пронзительная потребность в предельной близости, и Скарлетт целовала его как одержимая, гладила по плечам и груди. Она прильнула к нему, и он резко втянул в себя воздух сквозь зубы.

— Если я сделаю тебе больно, сразу же говори, — сказал Джеймсон, прижавшись лбом к ее лбу.

— Я не сломаюсь, — улыбнулась она, скользнув пальцами по его бедрам и пояснице, и притянула его к себе. — Давай займемся любовью.

— Скарлетт, — хрипло проговорил он.

— Я люблю тебя, Джеймсон.

— А я — тебя. Боже, как я тебя люблю. — Бедра Джеймсона напряглись, и он вошел в нее мягким толчком, проникая все глубже и глубже, пока не заполнил собой ее всю, растянув до предела, почти до боли, и Скарлетт с радостью приняла его в себя.

Он чуть помедлил, давая ее телу время подстроиться под него.

— Все хорошо? — Его голос был хриплым, дыхание сбилось.

— Все прекрасно, — улыбнулась она. Ее мышцы немного расслабились, и жжение почти прошло.

— С тобой как в раю, только лучше. Ты такая горячая, — прошептал Джеймсон.

Она слегка пошевелилась, проверяя ощущения внутри.

— Боже. Скарлетт. Не надо так делать. — Он нахмурился, словно от боли. — Дай себе время.

— Со мной все в порядке. — Она улыбнулась и опять шевельнулась под ним.

Джеймсон застонал, чуть отодвинулся и вошел в нее снова. Внутри у Скарлетт еще немного жгло, но это было ничто по сравнению с тем удовольствием, которое он ей дарил.

— Еще раз, — потребовала она.

У Джеймсона на губах промелькнула лукавая улыбка, и он сделал в точности, как она приказала. Это было волшебно. Они уже приноровились друг к другу, и он задал ритм глубокими медленными толчками, которые с каждым разом все больше усиливали напряжение, вновь нараставшее в ее теле.

Они двигались в полной гармонии, как одна душа, распределенная между двумя телами, четко и слаженно, будто делили одно пространство, один объем воздуха, одно сердце.

— Джеймсон.

Скарлетт почувствовала, как в ней снова вздымается волна наслаждения, и приподняла бедра навстречу его толчкам, которые становились все быстрее и сильнее.

— Да, — прошептал он ей в губы, резко подался вперед и вытолкнул ее за грань восхитительного блаженства, где она вновь разлетелась на миллионы сверкающих осколков в его объятиях.

Тело Скарлетт все еще сотрясалось в сладких судорогах оргазма, как вдруг она ощутила особенно сильный толчок. Джеймсон на долю секунды окаменел над ней, не разжимая объятий, выкрикнул ее имя и тоже окунулся в наслаждение.

Он перекатился на бок, прижимая ее к себе и пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Они превратились в сплетение мокрых от пота тел и предельной эйфории. Джеймсон ласково гладил Скарлетт по спине, пока ее сердцебиение медленно успокаивалось, приходя в норму.