Книга Отдай свою страну, страница 74 – Ирина Дегтярева

Знает ли Гивар, кто такой Марио на самом деле? Согласно намекам китайца, покушение инсценировал сам француз. С какой целью? Убить Санчеса или продемонстрировать свою значимость кому-то из бизнес-партнеров? Подослал «дочку» или это ее инициатива? Она партнер Гивара или дешевая актриса, шестерка, которая нужна для прикрытия и которую ликвидируют, когда отпадет необходимость в ней. Скажут «дочка вернулась в Париж» и прикопают под пальмой. Колумбиец склонялся к последнему варианту. Но вопросов накопилось больше чем ответов.

Марио набрал сообщение на мобильном телефоне для Понса – шофера Гивара: «Дружище, как продерешь глаза, набери мне. Есть тема для разговора».

Почти тут же пришел ответ: «Не поверишь, как раз думал о тебе. Пью в одиночестве. Обмываю увольнение. Завтра собираюсь свалить из этой дыры. Хочешь, заезжай». Адрес он тоже прислал. «Буду», – написал Санчес.

Со спины подошел Румен, покашлял, чтобы не напугать внезапным появлением. Болгарин был одет в костюм, что на пляже выглядело чужеродно. Он снял пиджак и присел на край полотенца боком к Санчесу. Марио коротко изложил ему информацию, избегая бранных слов, вертевшихся на языке.

Он не видел выражения лица связного, а тот напряженно молчал, не задавая никаких уточняющих вопросов. И только когда Санчес закончил, Румен завозился, вздохнул и выдал:

— Аналитики Центра предполагали такой вариант развития событий, учитывая обстановку в ЦАР, да и настрой китайца на взаимодействие, вернее, на использование тебя в качестве эффективного исполнителя его планов. Следовательно шантаж напрашивался сам собой. Предполагалось, что он раскопает историю из твоего прошлого. Так и вышло. Досадно, но в принципе лучше с ним сотрудничать, поскольку и нам это на руку. Схожее задание готовилось для тебя в Центре.

Санчес неохотно рассказал о перестрелке перед мэрией Пуэнт-Нуара.

— А вот это действительно опасно, – поморщился Румен. – Джотодия захватывает все большую власть в ЦАР и, обретя ее, не преминет отомстить человеку, едва не отправившему его на тот свет. Тем более зная… подозревая, кто совершил покушение.

— У меня ощущение, что его телохранитель действовал на свой страх и риск. Решил реабилитироваться в глазах шефа и притащить в зубах неудачливого киллера, живого или мертвого. Возможно, Джотодия его уволил.

— Поэтому даже к лучшему, если ты уедешь, но если не только телохранитель, но и Джотодия знает о тебе, ехать в ЦАР опасно вдвойне. Надо каким-то образом переговорить с телохранителем, допытаться до правды…

— Ладно. Обмозгую, – нахмурился Санчес. – Китаец кое-что рассказал о Гиваре. Не знаю, правда ли?

Он передал слова Шена, умолчав о своей связи с Адрианой.

— Приму к сведению, – Румен встал, отряхнул ладони от песка. – Постарайся пока свести с ним общение к минимуму до выяснения подробностей.

— Уже, – Санчес пригладил волосы, а про себя подумал, что придется параллельно решать массу проблем, большинство из которых он сам себе организовал.

…Рассеянный дождь застал Санчеса на подходе к дому Понса. Создавалось ощущение, что дождь забыл, зачем начался, и задумчиво повис в воздухе, а может, сам воздух сочился влагой и маскировался под дождь.

«Все под кого-то маскируются», – подумал Марио, подставив лицо дождю. На балконе второго этажа он увидел Понса с бутылкой пива в руке. Тот, облокотившись о перила, смотрел отстраненно в пространство. Заметив колумбийца, призывно махнул рукой.