Книга Отдай свою страну, страница 37 – Ирина Дегтярева

— По твоему дому о тебе сложно составить представление, – вздохнула Адриана.

— Не стоит и вникать, – глаза у него улыбались, он прошел мимо окна, провел рукой по подоконнику в задумчивости, присел на него и, поправив кобуру, приготовился терпеть присутствие бойкой сеньориты. Его беспокоило, что Джиневра так и не появилась и не позвонила. Он привязался к ней. – Зачем ты, собственно, пришла? Справиться о моем здоровье? Тогда визит вежливости можно считать оконченным.

— Ты так вчера на меня взглянул, что я не смогла не прийти.

Она проигнорировала его грубость.

— Пресвятая Дева Мария, – он возвел глаза к потолку и сказал то, о чем тут же пожалел. – Ты напомнила мне жену.

— Жену? Ты женат?

— Это было, когда тебя еще на свете не существовало, – он помрачнел. – Давай прекратим этот бессмысленный разговор. Я еще не очень здоров. К тому же твой отец будет беспокоиться.

— Я знаю, у тебя есть любовница!

Марио чуть приподнял бровь, не понимая, имеет ли она ввиду что-то конкретное или, как говорится, стреляет на звук, то есть ляпнула наобум…

— «Женщины и собаки… Это одно и тоже…» – напел он негромко по-испански, не собираясь отвечать на вопрос и оправдываться перед девчонкой, напористой и бесстыжей француженкой, предлагавшей себя так откровенно и настойчиво.

Любовница его, Леа, – конголезка, высокая тощая женщина. В ее крови течет и португальская кровь. Она патологически чистоплотна, вкусно готовит, что Марио с возрастом стал ценить в женщинах, а главное, работает личным секретарем мэра Пуэнт-Нуара и без зазрения совести делает копии почти всех мало-мальски значимых документов, особенно протоколов заседаний с правительственными чиновниками, когда те приезжают в портовый город или если местный мэр сам отправляется по службе в Браззавиль.

Леа считает, что угодить любовнику – это благо, тем более такому. Белый, богатый, способный защитить, грубоватый, но щедрый (он часто дарил ей украшения), известный и уважаемый в городе человек…

— Ты можешь напевать сколько угодно, – сварливо разрешила ему Адриана. – Не провожай! – Она стремительно пронеслась мимо него к двери, обдав его волной густого аромата своих сладковатых с горчинкой духов.

Санчес почувствовал, как лицо бросило в жар, и на этот раз не от раздражения, а от мысли, что девчонка ему все же симпатична.

— Француженки, – пробормотал он, скептически скривив лицо.

Перед тем как звонить китайцу, Санчес решил еще раз все обдумать и принять душ.

Едва он встал под прохладные струи, без стука влетел в ванную комнату Мартинес.

— Ты осатанел? – холодно поинтересовался Марио.

— Там к тебе очередная баба. Спрос на тебя сегодня, однако! Китаянка, – добавил он, понизив голос. – Может, та самая?

— Иди скажи, чтобы подождала. Предложи выпить… Думаешь, она вооружена?

Луис приоткрыл рот, удивившись.

— Ты считаешь, она пришла тебя убрать? Тогда при чем тут Гивар? На него ведь покушались…

Марио выругался, выразив настрой их обоих, и предположил:

— Не исключено, что она хочет перекупить меня, чтобы я сам расправился с шефом.

— Ха! Вот это было бы финт. Интересно, сколько она предложит?

— Давай-ка прижмем ее! Тащи мачете. Он в спальне. Я начну с ней говорить, и если пойму, что это она обрабатывала Нгие, можешь появиться. Понял?

…Санчес вышел в гостиную, перед этим поправив пистолет, который сунул сзади за пояс. Руку он так и оставил на рукояти. Другой рукой пригладил влажные после душа волосы.