Книга Архитектор (не) моей мечты, страница 36 – Тая Глиб

— Спи, — касаюсь губами её лба.

Улыбаюсь. Кажется, это первый раз в жизни, когда я чертовски рад, что мой план на вечер провалился. Потому что смотреть, как она спит, оказалось куда более сильным.

Выхожу из комнаты, прикрывая дверь. Завтра будет утро, будут вопросы. Но сегодня — тишина. И эта девочка полностью моя.

Иду убирать ужин, заботливо разложенный Дарьей. Немного перекусываю по ходу. Главное блюдо этого вечера мирно спит. Приходится утолять голод только едой.

Принимаю душ и укладываюсь рядом со своей малышкой.

Боже, спасибо, что создал такую красоту!

Веки слипаются… Тоже уплываю в сон.

Наташка

Моё пробуждение после вчерашней встречи на кухне Ильи с систер и её парнем врывается в мои болезненные мозги, как гром.

Ильи нет рядом, на улице уже светло. Чувствую запах кофе и его геля для душа. Значит, уже встал — и мне тоже пора. Но сначала принимаю душ и привожу себя в мало-мальский порядок.

На мне — те самые чёрные кружевные тесёмочки, которые совсем не для «согреву», а скорее для «разогреву»… И белая рубашка, позаимствованная из гардероба Ильи. Мои остальные вещи — в гостевой комнате.

Выплываю в такой красоте, и меня встречает Он. На нём — только чёрные боксеры, и больше ничего… Кубики пресса, широкие плечи и бицуха никуда не делись. Ольхов красив как бог!

— Вот она, моя красавица! — улыбается он от уха до уха. Он замечает мой месседж в виде кружев и рубашки на голое тело. — Ух… Вот это очень горячо, девочка!

Он подходит ко мне и, прихватив за попу, врывается в мой рот языком. От него так бомбически пахнет — чем-то ледяным и кедром, а на вкус это горький кофе и он сам… Вау! Мозги и всё, что может, растеклось лужицей. Его голос хриплый от желания:

— Наташка, что ты делаешь? Нам в офис. Клиент ждать не будет. Я по-быстрому не хочу притрагиваться к такому изысканному блюду — хочу распробовать…

Я обвиваю его шею руками, чувствуя, как под пальцами перекатываются его стальные мышцы. Прижимаюсь ближе, чтобы он почувствовал — я не просто «блюдо», я стихия, которая не терпит отлагательств.

— Илья Вадимович, — шепчу я ему прямо в губы, обдавая своим жарким дыханием. — Вы же сами учили: ландшафт нужно изучать в естественных условиях и при правильном освещении. А утреннее солнце сейчас просто идеально падает на… все мои неровности и впадины. Клиент подождёт… В конце концов, мы же работаем над «зоной перехода»? Так вот… я перехожу в наступление.

Я чуть отстраняюсь, позволяя рубашке соскользнуть с одного плеча, обнажая мою грудь, которая на фоне утреннего света выглядит как вызов всем его архитектурным планам.

— Ну же, Ольхов… Исследуй мой ландшафт. Или ты боишься, что не справишься с таким сложным рельефом без подготовки?

В его глазах вспыхивает тот самый «стальной» блеск, который я видела вчера. Он глухо рычит и, не говоря больше ни слова, подхватывает меня под бёдра, усаживая прямо на прохладную столешницу, среди чашек с остывающим кофе.

— Чёрт с ним, с клиентом, — выдыхает он, впиваясь в мою шею. — Начнём полевые исследования прямо здесь. Но сейчас — быстро и только для твоего удовольствия… Я тебя буду есть «горячей» чуть позже.

И он чуть отводит в сторону мои трусики и скользит по мне языком… Пара минут блаженства — и я выпадаю в астрал, будя своими криками ещё не проснувшихся соседей…