Книга Шурале, страница 77 – Даша Бунтина

Вика вздохнула и продиктовала фамилию Ника, а затем рассказала, во сколько он прибыл. От Вики не ускользнуло, что ручка, неотрывно до этого писавшая в блокноте, остановилась при фиксации фамилии Никиты.

— Он даже не знал, где я была, до того как я позвонила, и не знал, что случилось. Свидетелем моего звонка был Горелов опять же, позвонила я минут через десять после происшествия.

— А почему не сразу? – Дознаватель впился в Вику взглядом.

Вика отогнала картину поцелуя и на выдохе ответила:

— У меня был шок и истерика.

— Понятно. Что ж, благодарю вас за сотрудничество, мы с вами еще свяжемся.

— Спасибо, – выпалила Вика.

Когда она прикрывала дверь, дознаватель чуть громче обычного произнес:

— Свидетель, который все это время смотрел в окно на балконе, утверждает, что до того, как подъехала патрульная машина, у подъезда стояла влюбленная парочка и, по его словам – я цитирую – обнималась. Вам есть что сказать на это?

Вика повернулась и одарила дознавателя ледяным взглядом.

— Ему показалось, освещение там было недостаточным. Следователь Горелов все это время поддерживал меня, и со стороны могло показаться иное.

— Согласен, – закончил дознаватель, и Вика вышла, притворив дверь.

Проходя по коридору, она увидела Горелова – тот крутил в руках зажигалку и выглядел растерянным.

— В управлении через час соберемся на оперативном совещании.

— Принято, – ответила Вика.

Она ждала, что Горелов спросит, как она или как прошло, но он крутанул зажигалкой и сказал:

— Тогда пошевеливайся, Старостина.

В зале для совещаний было душно, два вентилятора работали на полную мощность, заполняя помещение жужжащим звуком. На это дело было выделено максимальное количество человек. Сейчас их было девять, не считая двух практикантов – Старостиной и Ерсанаева. Два старших лейтенанта – Живниченко и Архипов, один младший – Хайруллин, эксперт-криминалист в лице Елены вместе с Евгением, который был не в счет в силу своей бесполезности и полной зависимости от начальницы, приглашенный психолог-криминалист Владимир, сам Горелов, который опаздывал, и еще два оперуполномоченных – Михайлов и Александров. Завершал всю группу капитан Хуснутдинов.

Все громко переговаривались, отшучивались. Лена наклонялась в сторону своего помощника и что-то показывала на телефоне. Никита сидел слева от Вики, но не подмигивал, не шутил. Таким серьезным и собранным Вика его еще никогда не видела.

Горелов влетел в комнату как ураган и с шумом кинул папку на стол. Затем, точно школьная учительница, подошел к белой магнитной доске и, взяв маркер, вывел посередине слово: «Шурале».

— Девочки и мальчики, получив пиздюлей от начальства в лице нашего любимого полковника, хочу заранее, до того как вы откроете свои прекрасные рты, предупредить: Сан Саныч нами недоволен. Хотя я и сам задаюсь вопросом, чем же быть тут довольным, когда у нас уже два трупа. Параллельно еще третий на ГЭСе, но, слава богу, не на наше отделение, хоть мы с гражданкой Старостиной косвенно к нему и имеем отношение.

Лена выпучила глаза и скользнула взглядом по Вике.

— И во избежание пересудов сразу заявляю: мы со Старостиной не трахаемся, наша встреча была обусловлена сраной работой и тем, что Старостиной удалось выяснить нечто мифически полезное о Шурале. Так что слюни подбираем.