Книга Шурале, страница 167 – Даша Бунтина

Горелов расправил плечи и ответил:

— Да.

— Пока вы не поверите, что Шурале – не просто сказка, вы не сможете поймать его, по крайней мере сейчас. Вы не готовы. А он будет ждать и однажды вернется, чтобы продолжить охоту, – произнесла она, затем развернулась и направилась в сторону припаркованной старой «Волги».

Навстречу ей вышла длинноволосая девушка в яркой одежде. Она склонилась, обнимая плачущую женщину, и недобро посмотрела на Горелова.

— Ведьмы, – произнес Сергей Александрович и сплюнул на газон.

Выруливая с парковки в сторону БСМП, он дал себе обещание во что бы то ни стало найти убийцу Гришиной.

Август встречал дождями с сильными ветрами, жара ненадолго отступила, и наконец-то можно было дышать свободно.

На прошлой неделе ему позвонили из реанимации и сказали, что Рус пришел в себя. Горелов сразу перезвонил Марине, которая уже была в курсе, она плакала и смеялась одновременно. Найда пошла на поправку. Что им делать дальше, Горелов не знал, ему и в своей жизни было не разобраться.

Генерал сделал все что мог и прикрыл все хвосты. Ерсанаева-младшего по-тихому убрали, словно он никогда и не проходил практику в СК. Теперь он протирал штаны в какой-то адвокатской фирме. Сан Саныч сделал вид, что ни о чем не в курсе, но в последнем разговоре оставил достаточно намеков, чтобы понять: ему все известно.

— Больше нет ничего, что я должен знать? – спросил он, грузно развалившись в кресле.

Горелов вспомнил о записке, которая до сих пор лежала у него дома, о Лене и ее связи с Динаром. Потом он вспомнил девочку, что повисла на заборе, сестру Ерсанаева.

— Сан Саныч, а вы скажите, кому станет легче, если все узнают, что это был Архипов?

Сан Саныч уставился на стопку бумаг.

— Знаешь, Сереж, я говорил с Кириллом Ерсанаевым, он тоже многое мне рассказал. Но как действовать в этой ситуации – решать тебе, потому что я к этому не буду иметь никакого отношения, ты меня понял?

— Понял.

— Архипов мертв, – как бы уверяя себя, произнес Сан Саныч.

— Нет тела – нет дела? – ухмыляясь, спросил Горелов.

— Это последний раз, Горелов, запомни. Если бы во всем этом был замешан кто-то со стороны, полетели бы головы, и поверь, твоя была бы первой.

— Я знаю, поэтому я хотел бы уйти… – начал Горелов, но Сан Саныч громко рявкнул.

— В отпуск! Ты, Сережа, идешь в длительный неоплачиваемый отпуск на месяц, а потом возвращаешься, ты меня понял?

— Сан Саныч, я не думаю, что мне нужно оставаться.

— Значит, так, ты мне должен, Сереж, а кроме тебя с этим дерьмом никто не справится. Я тебя знаю: как только сдашь оружие – пропадешь. Мне, честно говоря, наплевать, но раскрываемость с тобой хорошая. – Саныч кашлянул. – Так что наберись сил, съезди в Турцию или Египет и возвращайся. Ты меня понял?

Горелов молчал.

— Если это облегчит твой уход, отпускай Пешкова, информируй СМИ о том, кто такой Архипов и что он натворил. – Сан Саныч ударил по столу ладонью и махнул.

Горелов рассмеялся:

— Значит, у меня и выбора-то нет?

— Выбор, Сережа, есть всегда.

— И мой выбор – получить свободу, но при этом сделать свободным и Пешкова, так?

— Я, если честно, не знаю, о чем ты толкуешь. Как будет готов рапорт, подробный такой, листах на десяти, ты кинь мне его на стол, и все. Давай, свободен. В Турцию – в Кемер, если что, там баб больше.