Книга Контракт на спасение, страница 8 – Тая Глиб

Где я? Почему меня приковали наручниками? Что со мной будет?

Я должна поскорее отсюда выбраться — как можно раньше и с меньшими потерями. Для этого нужно понять, что здесь происходит и какие у Каримова планы на мой счет. Зачем всё это? Нужно сохранять холодный ум и не поддаваться эмоциям. Поужинать спокойно (хотя сомневаюсь, что смогу хоть что-то проглотить) и разведать обстановку.

Горничная останавливается в дверях, и я рефлекторно следую её примеру. Мы спускаемся на первый этаж и заходим в огромный зал, где накрыт стол на две персоны. Во главе уже восседает сам хозяин дома.

— Марина, вы можете идти, — говорит Каримов девушке.

— Да, Илья Вадимович. Моя помощь больше сегодня не нужна?

— Нет, вы свободны. Можете покинуть поместье.

Марина разворачивается и уходит, прикрыв за собой дверь, а я так и остаюсь стоять, не осмеливаясь пройти дальше.

Каримов встает из-за стола и начинает медленно приближаться ко мне. Его взгляд скользит по моему телу: грудь, талия, бедра... Ухмыльнувшись, он пристально всматривается мне в лицо. Подходит всё ближе и ближе. Высокий, статный — его серые глаза просто поедают меня, и я не могу этому сопротивляться.

Опускаю взгляд, но он проводит ладонью по моей щеке. Я рефлекторно вздрагиваю, и миллионы мурашек проносятся по телу. Приподнимает мой подбородок.

— Посмотри на меня...

Каримов заставляет меня встретиться с ним взглядом. Щеки полыхают, будто опаленные пламенем, в горле пересохло.

— Да ты просто красавица, девочка! Как тебя зовут?

— Лиза.

Он нежно поглаживает мою щеку, медленно убирает прядь волос за ухо, открывая себе лучший обзор.

— А фамилия у тебя есть, Лиза?

— Я Лиза Артемьева...

Он продолжает касаться моего лица. Теперь его интересуют мои губы. Каримов скользит по ним большим пальцем и кажется, будто он сейчас совсем не здесь. Во мне тоже просыпаются новые, пугающие ощущения. Я словно отделяюсь от собственного тела. Дыхание становится прерывистым. Мне хочется прикрыть глаза, я невольно расслабляюсь от тепла его руки и горячего дыхания, которое так близко...

— Артемьева? — Каримов мгновенно перестает ласкать мою щеку и буквально впивается в меня глазами. — Кто твой отец? — чеканит он каждое слово.

— Евгений Артемьев... Вы его знаете. Я его младшая дочь, Елизавета Артемьева.

— Не может быть!... Так и зачем это всё твоему папашке? Через тебя решил до меня добраться? — тон Каримова становится ледяным.

Меня обдает таким холодом, что я физически ощущаю этот перепад. Он мгновенно становится отстраненным и чужим.

— Нет. Я не общаюсь с отцом уже четыре года. Наша с вами встреча — чистая случайность...

— В это мне совсем не верится, Елизавета Евгеньевна. Ваш отец точит на меня зуб за собственные промахи и явно хотел бы поквитаться. Но странно, что он выбрал такой путь...

— Это не так! Я отца не видела года два, мы даже не созваниваемся. С остальной семьей я тоже фактически не общаюсь. Наши дороги разошлись.

— Вы хорошо говорите, Елизавета, и это правильные вещи. Прекрасно подготовленная и отыгранная роль, но зритель вам не верит.

Я понимаю, что оправдываться бессмысленно. Мне нечего предъявить Каримову, чтобы доказать свою правоту. Да и с чего я вообще должна ему что-то доказывать?!

— Если вы позволите, я бы пошла домой...