Книга Избушка на краю омута, страница 23 – Полина Луговцова

Едва они вышли на школьное крыльцо, как аромат едва пробившейся листвы вскружил голову. Солнечные лучи накрыли теплыми объятиями. Шум резвящихся во дворе детей оглушил. На душе у Лады сразу стало радостно, но радость была с горчинкой, с примесью тревоги. Наверное, это никогда не пройдет. Невозможно забыть то тягостное ноющее чувство, предвидение скорой беды, терзавшее ее в детстве с наступлением мая. Лада хорошо помнила, что с весенним теплом, с подснежниками и пением птиц в Камышовке начинался сезон горя. И хотя она знала и ждала, каждый раз это случалось внезапно. Однажды улица оглашалась воем, протяжным и жутким, означавшим, что в семье кто-то пропал. Потом в течение лета такое случалось регулярно, один-два раза в месяц. В чью-то избу приходила беда, заставляя остальных трястись от страха и гадать, не их ли черед наступит следом. Лишь с холодами деревенские могли вздохнуть спокойно, зная по опыту, что зимой бояться нечего. Говорили, что зло, истребляющее жителей, на зиму впадает будто бы в спячку, как медведь, и никого не трогает до весны.

— Смотри! — Локоть Ларисы больно ткнулся Ладе в бок. — Вон наши смутьяны, Неупокоев и Разгуляев, шушукаются. Опять каверзу замышляют, поди. Или курить собираются.

Лада узнала мальчишек, стоявших на углу школы. Неупокоев держал в руках мятый желтый листок, который оба рассматривали с таким видом, будто это было нечто диковинное. Лариса уже тянула ее за руку, увлекая за собой. Заметив приближение учителей, те вдруг перепугались, а листок, смятый резким движением, исчез в кулаке Бориса.

— Что это там у вас? — Лариса подозрительно посмотрела на спрятанные за спиной руки ученика.

— Это личное, — ответил Неупокоев. Страх исчез, взгляд стал вызывающим.

— Личное у тебя дома, а здесь территория школы. Показывай! — скомандовала Лариса, сгоравшая от любопытства.

— Да перестань, — тихо шепнула Лада, стараясь, чтобы мальчишки не услышали. Неправильно подрывать учительский авторитет, не могла же она при них сказать ей, что это, и правда, не ее дело.

— Любовное письмо у него, — сообщил Разгуляев и хихикнул. — Вам не интересно будет.

— А, так вы любовные письма вместе читаете, что ли? — не унималась Лариса, нависая над ними горой. — Вижу, что врете. Показывайте! Любовные письма давно пишут в электронном виде, а ваши физиономии говорят мне, что вы что-то нехорошее затеяли!

— Не на что смотреть, — Разгуляев невозмутимо убрал комок бумаги в карман. — Пойдем, Санек.

— Нет, не пойдете, пока не покажете! — Лариса уперла руки в бока. Ладе было стыдно за свою коллегу. Даже если у мальчишек репутация хулиганов, все равно нельзя так себя вести. Они же ничего плохого не сделали!

В этот момент за спиной раздался голос директора:

— Так! И что они на этот раз натворили?

Лариса вздрогнула и мгновенно перевоплотилась. Теперь вместо злобной «училки» возникла добрая фея, мечтающая осчастливить весь мир. Ее взгляд устремился в лицо директора, губы растянулись в улыбке, отчего ее лицо стало еще шире.

— Добрый день, Федор Гаврилович!

— Что происходит? — снова спросил директор, покосившись на сына, теперь уже не выглядевшего таким дерзким.

— Говорят, любовные письма читают. — Лариса хихикнула, и Лада готова была от стыда под землю провалиться.