Книга Избушка на краю омута, страница 113 – Полина Луговцова

Внезапно раздался страшный треск, и земля под ногами заходила ходуном. В тот же миг чудовища, схватившие ее, отстали. Она услышала их истошный визг, удаляющийся в сторону омута. Крупные капли воды полетели сверху каскадом, сбивая дымовую завесу, и грянул мощный раскат грома. Из леса донеслось шипение гаснущего огня. Видимость улучшилась, и Лада увидела, как обугленные макушки деревьев шатаются из стороны в сторону, будто решили пуститься в пляс. Земля дрожала под ногами все сильнее, и, в конце концов, Лада потеряла равновесие, упав на четвереньки. Она едва не свалилась в пропасть, распахнувшуюся прямо перед лицом! Завизжав от ужаса, Лада отпрянула от края. Это было что-то уж совсем невероятное! Никакой пропасти тут только что не было! Здесь был омут с тухлой зеленой водой, но теперь он исчез! Но как же такое возможно?!

Лада потрясенно смотрела в зияющую темную расщелину, в глубине которой, далеко внизу, пылал белый огонь. Будто земля растрескалась до самой своей сердцевины, и обнажился слой бурлящей расплавленной магмы. Края пропасти дрожали и осыпались, и Лада отползла немного подальше, но все же не могла отвести взгляд от жуткого, но захватывающего зрелища. «Так не бывает! Если даже это землетрясение, то как оно могло случиться здесь, где вероятность подобного катаклизма равна нулю?!» — подумала она и тут же удивилась, что не утратила способности размышлять при подобных обстоятельствах. Вспомнились слова богини из ее сна: «Когда Сварог строил мир, Горыня помогал ему двигать горы». И Лада усмехнулась про себя: «Ох, и натворил же делов этот Горыня!» Она поискала взглядом сошедшихся в противоборстве гигантов и увидела каменного великана, поднявшего над головой черного змея-исполина. В следующую секунду, извиваясь всеми кольцами и шипя, Чернобог полетел вниз. Следом за ним в пропасть градом посыпались крылатые огнедышащие существа, зеленокожие чудовища и еще целые полчища разномастных монстров, и все это «темное войско» Чернобога неистово визжало и оглушительно ревело. Их рёв и визг сливались с раскатами грома в единый душераздирающий звук. Лада зажала уши руками и зажмурилась. Только тогда она почувствовала, что ливень льет как из ведра. Она лежала на траве лицом вниз под ударами хлещущих струй и молилась, чтобы все это светопреставление каким-нибудь образом поскорее закончилось (не важно, удастся ли ей выжить или нет, просто она желала, чтобы весь этот ужас, наконец, прекратился).

В одночасье все стихло. «Будто выключили орущий „на всю катушку“ телевизор, по которому шел апокалиптический фильм», — подумала Лада, осторожно открывая глаза. Неожиданно нахлынувшая тишина давила на уши, вызывая в них неприятный звон. Смотреть вокруг было страшно, больше всего она опасалась увидеть неподвижно лежащих на земле детей. Живы ли они? Как перенесли этот «конец света»?

Взгляд ее скользнул вперед, ища край пропасти. Пропасти не было. Обрывистый берег переходил в плавно понижающееся илистое дно, укрытое слоем водорослей и усеянное корягами. От омута осталась просто огромная круглая яма. Лада поднялась на ноги и подошла ближе, недоумевая, куда делась вся вода. Огляделась кругом — лес кое-где еще дымил, но уже не горел. Избушка, обугленная с одной стороны, уцелела, но сильно завалилась на один бок. Казалось, толкни ее слегка, и она рухнет на оголенное, обезвоженное дно. В небе расползались в стороны, открывая синеву, тяжелые грозовые тучи. Снега не было и в помине. Мокрая трава блестела на солнце. И, куда ни глянь, не было видно ни единой живой души. Лада стояла возле пересохшего водоема совершенно одна и не представляла себе, что же делать дальше.