Онлайн книга «Резервная столица»
|
— Если завтра начнется война, — продолжал Эйдеман, — то все отпуска отменятся, так что в понедельник приступите… Он осекся — слишком уж большое изумление увидел на лице у Ксюши. Дело в том, что слово "если" Эйдеман никогда не употреблял в гадательном смысле: то ли будет, то ли нет, — для него оно скорее было синонимом слова "когда". И едва ли он сейчас вольно процитировал известную стихотворную строчку Лебедева-Кумача. — Есть разведданные, — объяснил Эйдеман, — позволяющие допустить, что все начнется именно завтра. Разумеется, информация эта не подлежит разглашению ни в каком виде. Последние сомнения отпали. О своих догадках, предположениях и допущениях Эйдеман сообщал, лишь когда не сомневался в их истинности. — Но как же немцы… не закончив с Англией… На два фронта? — растерянно произнесла Ксюша. — Людям свойственно придумывать самые разные способы ухода из жизни. Гитлер избрал вот такой долгий и замысловатый путь, чтобы самоубиться и угробить свой рейх. Но в какую цену обойдется нам победа, не хочу даже гадать… Что у вас за обстоятельство? Ксюша не сразу поняла вопрос, недоуменно посмотрела на Эйдемана, в голове стучала одна мысль: "Завтра война… завтра война… завтра война…" Потом сообразила, о чем речь. — Я выхожу замуж. Свадьба назначена на август. — Вот как… Эйдеман ненадолго задумался, достал носовой платок, поднес к лицу… По слухам, Эйдеману было слегка за пятьдесят. Но выглядел он гораздо старше: глубокие морщины, слезящийся глаз, постоянно промокаемый платком, зубы белоснежные и слишком ровные — наверняка вставные. — Вы понимаете, Дарья, что жених ваш попадет в разработку? Что его просветят до донышка, проверяя: не подход ли? Если хоть что-то в его биографии вызывает сомнения, лучше вам отношения не регистрировать. И не афишировать. Это не приказ куратора. Это неофициальный дружеский совет. — Я уверена в своем женихе, мы знакомы с детства. — Совет вам да любовь. Надеюсь, война не помешает свадьбе. Итак, в понедельник вы должны прибыть по адресу Трубниковский переулок, дом девятнадцать, в отдел кадров. Со всеми необходимыми документами, разумеется. — Трубниковский? Значит, все-таки Амторг… — Он самый. В кадрах предупреждены, оформят без проволочек. А во вторник, в восемь вечера, встречаемся здесь же. Познакомитесь со своим новым куратором и все дальнейшие вопросы будете решать уже с ним. Она что-то говорила, спрашивала и отвечала, но в голове звучал и звучал тревожный сигнал: завтра война, завтра война, завтра война… В результате многие вопросы, что могла и хотела бы задать Ксюша, не прозвучали. Скорее всего, хитрый старый лис Эйдеман рассчитывал именно на это, ошарашив выпускницу известием. Сработал в точности по собственной методичке, тема "Как отвлечь внимание от нежелательной темы, важной для собеседника". * * * Неожиданностью новость не стала (новость об Амторге, разумеется, не о войне). Ксюша проходила там преддипломную практику от иняза, и практику от спецшколы прошла там же и тогда же, но негласно. Амторг был организацией своеобразной. Можно сказать, единственной в своем роде. С одной стороны, он был в США торговым представительством Страны Советов. С другой — самой настоящей американской корпорацией Amtorg Trading Corporation, зарегистрированной в штате Нью-Йорк по нормам местного законодательства. Только вот учредителями корпорации выступали Центросоюз и Внешторгбанк СССР, и даже отдельно взятые советские граждане владели небольшими пакетами акций в полном соответствии с антимонопольным законом штата. |