Книга Всё имеет свою цену, страница 45 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Забота о сохранности своего имущества – какая же это паранойя?

— Вот и я так думаю. Однако, когда люди из охранной фирмы устанавливали все эти свои штуковины, они также сменили и замки на входной двери, и с тех пор вместо обычных ключей мне приходится пользоваться магнитной картой. Разумеется, вам такая система знакома.

Оба его слушателя подтвердили, что такая система им известна, и мужчина продолжал:

— Во время нашей первой встречи Андреас Фалькенборг попросил меня дать ему такую карту, что я и сделал, когда увиделся с ним повторно.

Конрад Симонсен удивился:

— Несмотря на то, что вы с ним были едва знакомы, ты вот так просто взял и вручил ему ключи от своего дома? – Может, я и кажусь слишком доверчивым, однако, с другой стороны, вздумай он покуситься на какие-нибудь мои вещи, он бы моментально разрушил имидж своей фирмы. Я имею в виду – тогда бы никто не стал рекомендовать его своим коллегам на том форуме, о котором я вам рассказывал. На создание соответствующей репутации он, должно быть, потратил не один год, а доверие – абсолютно необходимое качество в его профессии.

— Он рассказывал, что именно собирается там у тебя делать?

— Да я как-то не спрашивал, хотя, по-моему, нетрудно догадаться.

— Ну да, ну да. Итак, ты, значит, дал ему магнитную карту, которой открывалась входная дверь?

— То-то и оно, дело все в том, что я и сам так думал, однако потом оказалось, что эта карта не работала. По-видимому, я дал ему аннулированную. Правда, выяснилось это, лишь когда все наши с ним дела были закончены и он вернул эту карту мне.

— Да-а, ситуация. И что он при этом сказал?

— В том-то и дело, что ничего – ни слова. Но то, что карта была недействующая, это абсолютно точно: я сам проверял, когда вернулся домой.

Конрад Симонсен все еще не понимал, к чему клонит собеседник, и с недоумением посмотрел на Поуля Троульсена. Тот кивнул:

— Сейчас увидишь.

Посетитель между тем продолжал:

— Самое удивительное, что он проник в дом без всякой карты. Мне было обещано, что это совершенно невозможно. Однако при нашей последней встрече он продемонстрировал мне пару видеозаписей, а также дал прослушать магнитофонную пленку, на которых моя супруга…

Он умоляюще посмотрел на Конрада Симонсена.

— Вообще-то, мне не очень хотелось бы вдаваться в детали.

— Ну так и не стоит.

— Так вот, я сразу же понял, что он устанавливал свои камеры и микрофоны как минимум в пяти различных местах в доме: в гостиной, столовой, кухне, ванной и… ну, и в нашей спальне. А потом все их демонтировал – это я проверял лично, на всякий случай даже дважды.

— Как он демонстрировал добытые им материалы?

— На ноутбуке – причем только начало каждой записи. Что было дальше, он пересказывал своими словами, и тут я ему благодарен – с его стороны это было весьма тактично.

— А сами записи он что же, так и не отдал?

— Нет, почему же, я получил все на флешке и уверен, что это была единственная копия. Он сам сказал мне об этом, а также позаботился о том, чтобы я сам не смог ничего продублировать.

— И флешка эта по-прежнему у тебя?

— Флешка-то у меня, однако все, что на ней было, я стер. К чему хранить подобные вещи?

Слушатели знаками показали, что придерживаются того же мнения, и больше ни о чем не стали его спрашивать.