Онлайн книга «Всё имеет свою цену»
|
Конрад Симонсен с такой силой двинул кулаком по столешнице, что стол загудел. — Уж на что у меня точно нет времени, так это на скандалы, а также на то, чтобы объяснять, почему сначала произошло что-то одно, а не другое – по поводу этого вы еще вполне сумеете учредить специальную комиссию, но только потом, когда обе женщины будут уже мертвы. Слова его заставили всех на некоторое время умолкнуть; первым опомнился прокурор Копенгагена: — Если никто не хочет этого говорить, то придется, по всей видимости, мне… Похищенная инспектор полиции работает в вашем отделе, и все вы, таким образом, являетесь, в определенном смысле, лицами заинтересованными. Учитывая это, может, стоило бы поручить дальнейшее ведение расследования ПСК? Конрад Симонсен уже давно ожидал подобного вопроса и заранее решил, что не станет его обсуждать. Каким бы несправедливым ни казалось данное предложение, однако формально оно вовсе не было лишено смысла. Определять, что в данном случае представляется наиболее эффективным, предстояло не ему: по настроению, царящему за столом, главный инспектор понимал, что слова прокурора упали на вполне подготовленную почву. Тем большей неожиданностью для него стало, когда Хельмер Хаммер, до сих пор не проронивший ни звука, твердо и недвусмысленно заявил: — Нет! Конрад Симонсен продолжает осуществлять оперативное руководство,все прочие подчиняются его распоряжениям. Точка! Поскольку никому и в голову не пришло вступать в дискуссии с представителем администрации премьер-министра, вопрос оказался закрытым. Чтобы окончательно сменить тему, Бертиль Хампель-Кох спросил: — А как обстоит дело с этими двумя женщинами – они уже мертвы? Хельмер Хаммер чуть заметно понимающе усмехнулся. Бертиль Хампель-Кох рассчитал все с искусством фокусника, который отвлекает внимание публики от своего цилиндра, извлекая из рукава пиджака голубя. Теперь у того, кто прочтет протокол заседания, не возникнет ни малейших сомнений в согласии всех присутствующих и в дальнейшем предоставить Конраду Симонсену всю полноту руководства расследованием – ведь по данному поводу не прозвучало ни единого возражения. Главный инспектор жестом переадресовал вопрос Хампель-Коха Эрнесто Мадсену, который, слегка нервничая, сказал: — Этого я не знаю, однако не приходится сомневаться, что если он их еще не убил, то сделает это обязательно, и при этом весьма скоро. Он не собирается держать их взаперти ни на час дольше, чем требуется. — А может его хоть что-то остановить – я имею в виду, существует ли у нас хоть какая-то надежда? — По поводу последнего – не знаю, а что касается первого… Скорее всего, он постарается обставить все таким образом, как делает это при каждом очередном своем убийстве. — Это так важно для него? — Крайне важно! Он не собирается ни на миллиметр отступать от опробованной схемы. Все должно быть в точности так же, как и во время всех его предыдущих убийств, вплоть до мельчайших деталей. Например, мы ведь знаем, что он делает вид, будто стрижет ногти у тех женщин, которые на самом деле вовсе в этом не нуждаются… Конрад Симонсен прервал его: — Не стоит вдаваться в такие подробности. Секретарь министра юстиции немедленно возразила: — Почему же, я с удовольствием послушаю. Тем не менее Эрнесто Мадсен, следуя указанию шефа, закончил: |