Книга Холодный клинок, страница 85 – Валерий Шарапов

С минуту Люлин молчал, переваривая полученную информацию, затем достал из пачки папиросу, закурил и произнес:

— Ладно уж, задавайте свои вопросы.

В отдел Барышников и Акимов вернулись в возбужденном состоянии. Еще бы! Ведь у них на руках информации стало больше, чем за всю предыдущую неделю. Теперь они точно знали, что Инихина и Рогозина тесно общались не один год и что они уволились с работы практически в один день, после чего жизнь одной полетела под откос, а вторая стала добровольной затворницей. Почему так вышло? Что произошло в шестьдесят пятом, что так повлияло на обеих женщин? Оперативники считали, что, докопавшись до сути давней истории, они получат ответы на все вопросы.

Санитар Люлин тоже преподнес оперативникам подарочек. В ходе беседы он вспомнил, что примерно за пару недель до смерти Зинаиды он видел ее в обществе незнакомого мужчины. Он решил, что это новый собутыльник санитарки, разозлился, но спрашивать Зинаиду о незнакомце не стал. И он бы забыл об этом случае, потому что больше их вместе не видел, но мужчину этого замечал у больницы еще несколько раз, в том числе за день до убийства санитарки. Так как Зинаиды с ним не было, он решил, что их ничего не связывает, просто парень хотел выведать у санитарки про кого-то из пациентов, не более того.

Описать его Люлин толком не смог. Среднего роста, среднего телосложения, никаких особых примет в виде хромоты или тиков. На вид не больше тридцати, но, по мнению Люлина, с военной выправкой, так как одежда на нем сидела как офицерский мундир. Цвет волос Люлин не разглядел, однако сообщил, что на голове мужчина носил шапку-ушанку из коричневой цигейки. Он потому и запомнил, что погода в начале апреля стояла довольно теплая, и для ушанки, по мнению Люлина, было уже жарковато. Еще Люлин запомнил одну деталь, которая могла помочь в поисках незнакомца. Все время, что мужчина ошивался возле больницы, он крутил в руках связку металлических пуговиц и пряжку от ремня. Все это богатство было надето на тонкий кожаный шнур и использовалось, на взгляд Люлина, вместо брелока для ключей или же как сувенир. Несмотря на большое расстояние, Люлин рассмотрел на пряжке символику: морской якорь с пятиконечной звездой по центру.

Проконсультировавшись со знающими людьми, оперативники узнали, что такие пряжки на ремнях использовали моряки ВМФ. У этих же людей они выяснили, что многие матросы и офицеры при увольнении в запас изготавливают себе всякого рода сувениры из латунных пуговиц и пряжек. Так почему бы не предположить, что мужчина этот когда-то служил на флоте?

Прежде чем ехать в отдел, капитан Барышников предложил прокатиться до Царицынского морга и лицом к лицу пообщаться с судмедэкспертом Краснянским. Во время разговора с Люлиным у него возникла кое-какая догадка, и ему не терпелось ее проверить. В своем отчете Краснянский отметил, что нож, которым были убиты жертвы, имеет специфическое ромбическое лезвие, и заявил, что это может быть охотничий или военный нож. А что, если это кортик? Такое оружие характерно для военно-морского флота. Его вручают офицерам и мичманам при присвоении звания. Если предположение, что преступник как-то связан с флотом, верно, то почему бы не быть верным утверждению, что орудием убийства является офицерский кортик? Такое оружие преступник никогда не выбросит, ведь кортик для моряка — символ чести и доблести. А для оперативников это дополнительный шанс прищучить убийцу.