Книга Душа компании и смерть, страница 56 – Георгий Юрский

— Ты серьезно? — Анастасия ошарашенно посмотрела на Артура.

— Абсолютно. Так что мотив тут один — убирать свидетелей. Кто-то из пассажиров сообщник контрабандистов. И телефон этот, который на яхте где-то спрятан…

В этот момент к острову приблизился вертолет, и немного повисев, начал снижаться. Приземлился он прямо на заповедный луг с псевдо-тундровой растительностью.

— Хорошо экскурсовод не видит. Травку помнут, уникальный ландшафт испортят, — машинально прокомментировала Анастасия.

Из вертолета выскочили несколько правоохранителей и, придерживая фуражки, чтобы их не унесло потоком ветра от вращающихся лопастей, отправились на яхту. Там их встречал Цыплаков, явно напряженный от происходящего. Следователи по новой начали допросы подозреваемых, а телом Парухина занялись судмедэксперты.

Время: 26 июня, вечер; место: Архангельск

Лодочная станция «Прибой», на которой таможенники предложили встречу контрабандистам, была расположена на одном из русел Северной Двины, реке Кузнечиха. Чуть спокойнее, чем ее величавая соратница, она уводила часть течения вправо от основного русла. Наверное, поэтому там и была основана водная база, служившая стоянкой для сотен катеров и лодок архангелогородцев. Кроме причалов, на станции были еще и гаражи для хранения моторов. Они были встроены в высокий берег Кузнечихи, а в сторону речки смотрели проржавевшие двери с массивными замками на скобах. В ста метрах от берега стояло четырехэтажное здание, в котором Авакян устроил наблюдательный пункт.

За счет возвышения здания над берегом, оттуда были хорошо видны подъезды и подходы к лодочной станции. Группу захвата они расположили в угловом гараже, принадлежащем сотруднику таможни. Немного подумав, чуть поодаль они припарковали микроавтобус с тонированными стеклами между прицепами с поставленными на них катерами. Из него открывался прекрасный вид на гараж, который они предложили в качестве места забора наркотиков. На лодочную станцию вел въезд для машин, а также спускалась пешеходная деревянная лестница. Авакян и Бергман не стали ни о чем предупреждать охранников лодочной станции и решили исходить из обоих вариантов.

— Может они вообще на лодке приплывут, да, — предположил Авакян.

— Так. Ну точно не пешком придут шестьдесят килограммов на своем горбу тащить.

— Матвей Фомич, нам в какой момент их принять надо? Когда наркотики в руки возьмут или просто, когда за ними приедут?

— Я тебе один умный вещь скажу, ты только не обижайся, — Бергман внезапно для своего обычного поведения, но зато очень похоже, спародировал персонажа Фрунзика Мкртчяна из культового советского фильма «Мимино», — расследование будут вести чекисты. Им стопроцентные доказательства, в отличии от нас, нахрен не нужны. Приехал за кокаином, значит, садись. Так. Ни один судья против ФСБ не попрет.

Авакян молчал.

— Так. Это нам со сто девяносто четвертой, — Бергман назвал любимую статью УК РФ, «уклонение от уплаты таможенных платежей», — надо и умысел, и все обстоятельства доказывать. Здесь парни разберутся исходя из чувства социалистической законности.

— Ну не знаю. Скажут, курьеры за посылкой приехали.

— И что ты предлагаешь? Достать кокаин, отдать им в руки и потом с ним задерживать? Если он потеряется, нам же голову оторвут. Давай, я с чекистами обсужу.