Книга Будет больно, приятель!, страница 59 – Георгий Юрский

Как оказалось, вначале они приехали на грязевые вулканы. Дорога к ним была убитой, и приличные машины туда не рисковали ехать. Пути было десять минут. Разбитая грунтовая дорога шла вдоль моря, и особых гор Смирнов впереди не видел. Вулканы оказались небольшими холмиками высотой в три-пять метров. На вершине каждого из них было жерло диаметром от десятка сантиметров до полуметра, откуда периодически извергались пузыри воздуха и выплескивалась грязь. Киевские хлопчики быстро ею намазались и под оханье их матери принялись носиться друг за другом. Даниил с отцом семейства слушал Эльчина о нефтеносных пластах и прочих геологических особенностях этого участка земли. Несмотря на некоторую игрушечность вулканов, было очень любопытно видеть, как извергающаяся из жерла грязь стекает по стенкам и застывает, потихонечку его возвышая.

Вернувшись на стоянку микроавтобуса, они тронулись дальше. Гобустан был подальше от моря, в предгорье. Машины поставили на достаточно большую парковку и направились смотреть пещеры с петроглифами. Эльчин еще по дороге рассказал о том, что Гобустан — это заповедник под патронажем Юнеско и одна из самых знаменитых достопримечательностей Азербайджана.

Даниил активно смотрел по сторонам. Его заинтересовал знак в виде красного круга на белом фоне, в котором была вписана змея.

— Эльчин, а сюда что, змеям нельзя? — спросил он гида.

— Почему нельзя? Знак — информация об опасности: «Осторожно, могут быть змеи между камней».

— Но круглый знак же означает запрет. А для предупреждения вроде как надо использовать треугольник, — попытался пояснить свою шутку Даниил.

— Смотри под ноги, тут и правда змеи есть, — с этими словами гид начал рассказывать об истории наскальных рисунков.

А Смирнова тем временем очень заинтересовал старый дед, подстригающий траву мини косой. Не серпом, а именно что косой, только размером в сорок сантиметров. Сами петроглифы Даниила не очень увлекли, все-таки древняя история. Хотя краем уха он слышал про неолит и про рисунки, указывающие на матриархат. На изображениях мать семейства стоит посередине. Вполуха он слушал и про римлян, стоявших здесь лагерем две тысячи лет назад; про мусульман, которые запрещали рисовать людей и животных, поэтому петроглифы стали похожи на иероглифы; русских и британских ученых, открывших рисунки; и о многом другом. Голова его была занята своими проблемами, да и чувствовал он себя не очень. Наверное, не выспался. Тем временем, они добрались до музея. Это было довольно запоминающееся зрелище. Небольшой, но с массой интерактивных стендов, с чучелами первобытных людей и предметами их обихода.

После музея они отправились обедать в кафе при музее-заповеднике. Зал был забит вездесущими китайцами, которые на ура употребляли местные специалитеты. «Где их только не встретишь?!», — отстраненно подумал Даниил. Голова болела все сильнее, и он хотел поскорее оказаться в гостиничном номере. Видимо, в горах он все-таки переохладился и слегка простыл.

Через полтора часа он уже принимал горячую ванну. Включив самую горячую воду, которую он только смог вытерпеть, он прогрелся по максимуму и скоро крепко заснул. Проспал он часов двенадцать, но, проснувшись, понял, что еще не до конца здоров. Сил не было совсем. Он вспомнил, что так и не досмотрел последние несколько сезонов «Игры престолов» и занялся фильмом.