Книга Смертный грех, страница 68 – Георгий Юрский

Лиза задумалась, но не столько о статье, сколько о том, как Федя неожиданно повзрослел в ее глазах. Он нашел ее отца, провел ее в больницу, куда попала мать, и наконец написал, великолепную статью, реабилитирующую Руслана. Она долго думала над тем, что написать Феде, но остановилась только на том, отправила ему адрес своей съемной квартиры. Чуть подумав, она добавила сердечко и отправила сообщение. «Догадается. Похоже, уже большой мальчик».

Затем Лиза вспомнила, что впервые за долгие годы она не получила от отца новогоднее поздравление. Она открыла телефон и увидела свое неотправленное сообщение. «Ой, как нехорошо получилось!». Зато теперь можно добавить ссылку на статью. Что она и сделала и приписала: «Это Федор про тебя написал. С наступившим Новым годом!». Затем секунду подумала и добавила: «С Константином мы расстались».

Руслан до сих пор не понимал, куда делось приспособление, которым настоятель спустил курок. Вернувшись в келью, он по инерции взял зарядившийся телефон и наконец прочитал статью, присланную дочкой. Все события, описанные в статье, были из какой-то другой и уже позабытой жизни. Ему льстили теплые слова о нем и то, что неблаговидное поведение его начальства стало явным для всех, но особой радости он не испытывал. Эта была перевернутая страница его жизни. Закончив читать, Руслан порадовался новости о том, что дочка рассталась со своим гламурным любовником, и задумался о Федоре.

«Ничего себе. Парень-то какой молодец!». На секунду он даже представил его своим зятем, но затем отмахнулся от этих мыслей. Что-то тревожило его, не давало покоя. Неужели он не все учел, пропустил какой-то небольшой, но очень важный факт?

Он взял свой телефон и открыл фотографии следов. Увеличив изображение, он тщательно стал сравнивать следы на снегу. Выглядели они практически идентично, благо валенки в монастыре были у всех одинаковые. Глубина следа была похожей, никто не косолапил. «Может, так и есть? Сходил к лодке, все решил и пошел за ружьем? Второго человека не было, и это самоубийство?» Уже собираясь закрывать картинку, Руслан почувствовал, как его мозг зафиксировал что-то ранее незамеченное. Он снова увеличил изображение и увидел практически незаметную череду точек, идущих рядом со следами. Это были отметины будто от какой-то палки.

Посох старца Иоанна!

Не веря самому себе, Руслан еще раз вгляделся в фотографию. Цепочка точечных отметин шла и к пристани, и от нее.

Руслан спрятал телефон, вздохнул и отправился в скит к старцу Иоанну. Он немного потоптался у дверей, собираясь с духом, наконец постучался, потом сообразил, что взявший обет молчания старец все равно не ответит, и толкнул дверь избушки. Старец стоял на коленях и молился. Из его слепнущих глаз катились слезы.

— Здравствуйте, отец Иоанн. Знаю, что вы дали обет молчания. Но мне надо выяснить с вами важный вопрос. Чтобы невинные люди не пострадали из-за смерти настоятеля.

Старец молчал, но по его лицу было видно, что он внимательно слушает трудника.

— Понятно, что вы, как его духовник, должны хранить тайну исповеди. Но я все знаю. Я разговаривал с врачом, лечившим отца Димитрия, так что мне все известно про его заболевание и про его муки. Выяснил, что Даня — это сын его, и то, что он наркоман на реабилитации. Я в курсе, что у настоятеля боли жуткие были, из-за чего ему выписали морфий, который Даня украл. Понятно, что самоубийство — самый страшный грех, на который он пошел бы в самом крайнем случае. А если бы и захотел пойти, вы, как его духовник, не дали бы ему благословения на такое.