Книга Фортнайт, или Шпион в таможне, страница 3 – Георгий Юрский

— Да уж, — отозвался Игорь. Они и вправду были знакомы, но сближаться ему с этой службой никогда не хотелось, поэтому все ограничивалось шапочным знакомством.

— Значит, я так понимаю, гражданин, правды писать мы не захотели, — процитировал Роман Геннадьевич «Место встречи изменить нельзя». — Я в курсе про аппаратуру. По-человечески мне объясни, зачем ты у этих жлобов деньги просил? — Он сходу перешел на «ты». — Сходил бы к руководству. Собрал бы в отделе, занял, наконец. Переводчики эти, это же МИДовская фирма, там же разведчики из СВР.

— 5-я служба ФСБ. Департамент оперативной информации, — машинально поправил собеседника Игорь.

— Тем более. Им только дай палец, тут же вцепятся. Зачем?

— Роман Геннадьевич, ну Вы что серьезно? Какие деньги у сотрудников? Они же от премии к премии живут. Начальник на хер сразу послал. У жены брать тоже не в тему. И так иждивенцем дразнит, — Игорь расстроенно махнул рукой.

— Ну теперь уголовником будет дразнить, — попытался пошутить Никандров, но под взглядом начальника осекся.

— Ладно, — Роман Геннадьевич хорошо отрежиссированным жестом хлопнул ладонью по столу. — Есть у меня для тебя предложение. Дело твоё хороним, но внедряем тебя в один мутный отдел. Если за полгода найдёшь там взяточника: претензий не имею, дальше служи где хочешь. Или на пенсию с почетом. Альтернативу рассказывать не буду, сам все знаешь, что будет в противном случае. Увольнение по утрате доверия как минимум, условный срок и штраф как максимум. Ну? — он приподнял грузное тело и вылез из-за стола.

— А какой отдел то? — спросил слегка ошарашенный Игорь, потрепав коротко стриженые волосы на затылке.

— Отдел по борьбе с особо опасными видами контрабанды. В оперативной таможне.

— Его же вроде расформировали?

— А в прошлом году опять создали. И что-то там нечисто. Лезут во все знаковые дела, а потом все либо разваливается, либо вещдоки пропадают, — Роман Геннадьевич присел обратно за стол и пощелкал шариковой ручкой.

— Но парни там тертые, обычными методами мне ничего не найти на них. Поэтому нужен человек внутри.

— А как я туда попаду? — продолжал скорее по инерции уточнять Игорь.

— Ой я тебя умоляю. Сейчас просрешь конференцию Всемирной Таможенной Организации, получишь взыскание и под предлогом спрятать тебя от начальника — переведём туда. Это мы устроим, — хохотнул Роман Геннадьевич.

— А может не просирать? И без взыскания обойтись?

— Ну это ты обнаглел. Кто поверит, что начальник отдела просто так в инспектора пойдёт? Надо чтобы правдоподобно было. Ну, согласен? Таких предложений я обычно не делаю, — довольный самим собой подмигнул Игорю Роман Геннадьевич.

— Согласен, — после минутного размышления пробормотал Игорь.

Решение далось ему нелегко. Хоть он и не хотел с позором вылетать из органов, да еще и с перспективой условного срока, но становиться сексотом тоже было неприятной перспективой. Конечно, эти люди для него были чужими и незнакомыми, но втираться к ним в доверие с тем, чтобы кого-то из них посадить, было противоестественно Игорь с детства выучил пословицу «доносчику первый кнут». Конечно, от тюремной романтики он был очень далек и арестантские уклады ему были не указ, но слово «стукач» стучало в висках.

«А что сказать семье? Точно говорить всего нельзя, и так жена считает его неудачником. Придумаю что-то», — продолжал рефлексировать Игорь, хотя уже дал согласие. Слово «стукач» в голове сменилось на фразу «стукачок из МУРа», и он вдруг почувствовал себя скорее Володей Шараповым из «Место встречи изменить нельзя», нежели классическим доносчиком.