Книга Выстрел по видимой цели, страница 44 – Георгий Юрский

Зоя тем временем отдала молодому человеку листок с вопросами, написанными аккуратным каллиграфическим почерком.

Полиграфолог начал задавать установочные вопросы, после каждого ответа беря паузу на несколько секунд для просмотра реакций организма.

— Вы понимаете, почему здесь находитесь? – негромким голосом задал он первый сущностный вопрос.

— Да, – спокойно ответил Виктор Борисович.

Полоски на экране продолжали бежать в той же последовательности.

— Вы понимаете смысл слова «убийство»?

— Да.

Графики не менялись.

— Сейчас ноябрь?

— Да.

То же течение линий по экрану.

— Вы причастны к убийству Дениса Романовича Муратова?

— Нет.

Ни малейших изменений в линиях.

— Вы знаете, кто убил Дениса Муратова?

— Нет.

Опять ничего не дрогнуло.

— Вы помогали тому, кто убил Дениса Муратова?

— Нет.

Все оставалось как есть.

— Вы живете в Москве?

— Да.

Та же реакция.

— Вы кому-то поручали убить Дениса Муратова?

— Нет.

Проплывающие по экрану линии убаюкивали своим постоянством. Никита переглянулся с Зоей, и та вдруг схватила листок бумаги и начала что-то писать.

— Вы хоть раз меня обманули во время теста? – тем временем продолжал допрос специалист.

— Нет.

Те же линии на экране.

Зоя протянула полиграфологу листок, тот откашлялся:

— Известны ли вам обстоятельства смерти Владлена Яковлева?

— Да, – после паузы ответил Виктор.

Монотонное течение линий на экране ноутбука вдруг оживилось. В маленьком квадратике напротив дернувшейся линии было сокращение АД.

«Давление поднялось, – поняла Зоя. – Наверное, волнуется. Или врет?» – спросила она сама себя.

Полиграфолог тоже оживился и задал следующий вопрос:

— Вы присутствовали при смерти Владлена Яковлева?

— Да.

Всплеск давления на экране уже был поменьше, но и остальные линии начали меняться.

— Официальная версия смерти Владлена Яковлева правдива? – Зоя не верила своим ушам: этот вопрос она задала сама! Произнесла его – и словно заледеневшую дверцу открыла в подреберье. Несмотря на то, что сердце стало учащенно биться, тепло полилось по телу и что-то разжалось в груди.

Перепелкин молчал. Зоя решительно посмотрела на него:

— Повторяю свой вопрос: официальная версия смерти Владлена Яковлева правдива?

— Да.

Все линии на экране превратились в чехарду. Даже непосвященным Зое и Никите стало ясно, что Перепелкин врет.

— Все. Заканчиваем этот балаган. Я подписывался на полиграф насчет убийства Муратова. А старое ворошить мне нельзя. Я подписку давал, – с этими словами Виктор Борисович начал вставать и избавляться от датчиков.

Полиграфолог посмотрел на Зою, та кивнула, и он начал собирать свои вещи. Никита сидел, слегка ошарашенный от внезапного поворота событий. Лицо Зои было каменным, не выражавшим эмоций. Через пять минут полиграфолог ушел, и в комнате воцарилось молчание.

— Так я могу быть свободен? – откашлявшись, спросил Виктор Борисович Перепелкин и громко сглотнул – кадык резко дернулся сначала вверх, потом вниз.

— Нет. Пока всю правду о моем отце не расскажешь, отсюда никуда не выйдешь. Разве что в ИВС^[5] поедешь, – голос Зои зазвенел металлическими нотками, она перешла на «ты» с подозреваемым, хотя раньше никогда этого не делала.

— Не надо меня разводить! Какой ИВС?! – Виктор грозно посмотрел на девушку.

— А такой. 91-ю статью УПК никто не отменял. Как говорится, от 51-й до 91-й расстояние короткое, – дежурной ментовской поговоркой внезапно вмешался Никита, осознав, что напарнице нужна помощь.