Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 88 – Джон Диксон Карр

Во время вчерашнего лихорадочного обыска Кит почти не видел их. Но даже от летней одежды – Одри была в белом, а Сэнди в блейзере и белых фланелевых брюках – веяло согласием и примирением. Сэнди с его стариковской физиономией под морщинистым лбом, умными сардоническими глазами и волевым подбородком подбежал к сэру Генри.

— Знакомьтесь… – начал было Кит, но Г. М. перебил его:

— Не нужно, сынок. Мы уже познакомились часом раньше. Что вы хотите сказать?

— В общем, так, маэстро, – начал Сэнди (привычка обращаться к сэру Генри в фамильярном ключе появлялась у любого, даже если человек был знаком с ним меньше часа), – мы только что были в сторожке. Вам или старшему инспектору надо что-то сделать с этим хаосом у ворот. Еще десять минут, и там начнется старый добрый бунт, а затем…

— Ну же, ну же! – одернул его Мастерс. – С этим мы разберемся! О репортерах нам известно!

— Но дело не в репортерах, – объяснил ему Сэнди. – По крайней мере, не только в них. Речь о нашем старом друге-прорицателе, и он настаивает, что у него есть право войти. Он хотел перебраться через стену, усыпанную битым стеклом, да и попробовал бы это сделать, но инспектор Дэвис пригрозил, что огреет его дубинкой.

— Ох, батюшки-светы, – пробурчал сэр Генри, широко раскрыв глаза. – Это что-то новенькое. Неужто Бомон слетел с катушек?

— Бомон? – непонимающе посмотрел на него Сэнди.

— Леонард и инспектор Дэвис так уж точно сбрендили, – продолжил Г. М. – Я же сказал им, что Бомона следует впустить, как только он объявится. Чтоб мне сгореть, почему сегодня утром все как с ума посходили?

— Бомон? – повторил Сэнди.

— Сэнди, ты же не глухой! – подергала его за руку Одри. – Тот человек, с которым ты, Элен и лорд Северн познакомились в Каире. Американец, хотевший приобрести сувениры, – на самом деле предсказатель судьбы и владелец какого-то безумного места под названием «какой-то там храм»! Так или иначе, со вчерашнего дня он в Глостере, и что ему на самом деле надо, так это…

Сэнди поднял руку, и Одри умолкла.

— Но, – возразил он с безграничным терпением, – я говорю не о Бомоне. К черту Бомона, кем бы он ни был. Не будешь ли умницей, милая Одри? Заткнись, пожалуйста, пока я объясняю, что к чему. – Затем он повернулся к сэру Генри и продолжил: – Это не Бомон, шеф. Это Алим Бей.

— Алим Бей? – эхом отозвался Мастерс. – Так, минуточку! Тот самый чудодей, с которого все началось?

— Хо-хо! – сдавленно хохотнул Г. М., с довольным видом потирая руки. – Вы правы, Мастерс. Все и впрямь началось именно с него. – Затем он нахмурил брови: – И все же что он здесь забыл?

— Насколько я понял, – ответил Сэнди, – его прорицательские акции взлетели до небес, и каирские поклонники собрали ему денег на перелет в Англию. По всей видимости, чтобы он мог здесь покривляться, когда бронзовая лампа раскидает всех нас, будто кегли в кегельбане. Это же она на столе, верно?

— Да, сынок, – подтвердил сэр Генри, пристально глядя на лампу.

— Как бы то ни было, шеф, полисмены спрашивают, что делать с этим Алимом Беем. Что им ответить?

— Скажите, – велел Г. М., – чтобы немедленно привели его сюда. Нет, сами приведите. Честно говоря, такого гостя я не ожидал, но буду очень рад и даже счастлив увидеть этого паршивца здесь и сейчас, на финишной прямой.