Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 29 – Джон Диксон Карр

— Я человек терпеливый, – объявила громадина, обводя всех и каждого злобным взглядом, – но разрази меня гром, если я соглашусь безропотно томиться в мавзолее, покуда призрачные часы не пробьют полночь. Вы что, всегда заставляете гостей ждать? Или просто захотели поиздеваться над стариком?

Миссис Помфрет посторонилась.

— Сэр Генри Мерривейл, – сказала она.

Да, начало вышло скверное, но затем никто – и даже сам Г. М. – не посетовал бы, что гостя приняли без должного радушия.

Его имя было хорошо известно и Киту Фарреллу, и Одри Вейн, хотя по разным причинам. Для Одри он был ворчливым персонажем, так веселившим Элен в Каире, но Кит Фаррелл как адвокат, имеющий право выступать в высших судах, знал о нем нечто совершенно иное.

Ведь перед ним стоял не кто иной, как сам маэстро, хитроумный старый хрыч из Военного министерства, тот самый, кого, будь у него такая возможность, Кит призвал бы на помощь в нынешней ситуации. Не встречавшись с ним лично, Фаррелл был прекрасно осведомлен о деяниях этого джентльмена, а посему молча возблагодарил всех богов, испытывая при этом невыразимое облегчение.

Теперь же этот хитроумный старый хрыч замер на пороге, с подозрением рассматривая присутствующих. Надо отметить, что погода стояла не самая холодная, однако Г. М. был облачен в пальто, а на голову нахлобучил заполярную шапку-ушанку, вследствие чего выглядел так страхолюдно – широкое лицо в обрамлении меховых ушей и очки на кончике носа картошкой, – что Бенсон в изумлении отступил на шаг-другой.

— Сэр, – сказал Кит Фаррелл, – мы очень рады вас видеть.

— Страшно рады! – согласилась Одри. – Прошу, присаживайтесь, выпейте и согрейтесь!

Они набросились на сэра Генри, как набрасываются на полярника верные псы. Усадили его на диван, поближе к камину, где Одри сняла с него шапку-ушанку, за которую тщетно цеплялся ее обладатель, после чего положила ее на каминную полку рядом с бронзовой лампой. Кит подбросил угля в камин, и тот вскорости исторг клуб дыма прямо в лицо великому человеку. Из-за этой пелены сперва проступили сияющие очки, затем зловредно искривленные губы и, наконец, совершенно лысая голова.

— Но как, во имя всего святого, – продолжила Одри, – вы здесь оказались? Наверное, вас пригласила Элен?

Крупное лицо сэра Генри разгладилось.

— Вообще-то, нет, – признался он. – Честно говоря, сомневаюсь, что она будет рада меня видеть.

— В таком случае как вышло, что вы здесь?

— У меня имеется совесть, – пожаловался Г. М. и шмыгнул носом. – Последние дни она совсем меня загрызла. Видите ли, мне в голову пришла одна мысль. – Чтобы подчеркнуть эту фразу, он поднял практически отсутствующие брови. – Если я прав, то все в порядке, но если нет… Ох, батюшки-светы! – Тут он умолк и посмотрел на Одри, отметив с мрачным одобрением ее стройную высокую фигуру в темно-зеленом платье. – Вы, как я понимаю, Одри Вейн?

— Именно так. А это Кит Фаррелл.

— Я тоже так подумал, – проворчал Г. М., оглядывая Кита с головы до ног.

— Так о чем вы говорили, сэр Генри?

— О своей совести! – прорычал Г. М. – Сегодня, просто чтобы унять ее, я позвонил в гостиницу «Семирамида». Там сказали, что Элен отбыла в Северн-Холл. Поэтому я тут как тут. Хотя, как вижу, девица добралась сюда без происшествий. – Он кивнул на бронзовую лампу. – Ну и где она сейчас?