Книга Станешь моей сегодня!, страница 32 – Анна Россиус

Миллер, очевидно, думает также. Он набрасывается и валит на постель. Заламывает мои руки над головой и втискивается бёдрами между ног.

— Если это и рабство, оно будет обоюдным, Соня. Ты будешь принадлежать мне, я – тебе.

— Но подчиняться, всё же, должна я?!

Марк толкается и входит.

Чувствую себя беспомощной и жалкой. Потому что не могу сопротивляться. Не его силе даже, а своим желаниям. Хочу его так, что судорогой сводит живот. И ненавижу одновременно.

— Ты – вредная, вспыльчивая, непредсказуемая... А в нашем деле нужны хладнокровие, вдумчивость, расчётливость. Слушаться меня во всём – в твоих же интересах.

Перестаю понимать, что он говорит. Каждое новое движение навстречу вытравливает любые здравые мысли. Кроме одной. Обещаю себе, что это в последний раз. Вернусь в Москву, уж как-нибудь отработаю оставшиеся дни и прощай, Миллер.

Он же не настолько мелочный, что будет мстить мне за отказ?

Господи, что он делает? Освобождает меня и опускается ниже. Ведёт губами от груди к животу, ласкает языком впадинку пупка. И зарывается между бёдер, начиная вытворять какие-то невероятные вещи...

— Ты не понимаешь ведь, от чего отказываешься...

Новый оргазм оказывается еще ярче предыдущих. Мычу, бессвязно болтаю что-то... Обхватываю шею Марка ногами и сжимаю что есть сил, выгибая спину.

— И не вздумай даже врать теперь, что тебе не понравилось!

Пульсация внизу всё еще заставляет содрогаться в сладких спазмах. Марк наваливается и берет снова.

Глава 16 Марк

Какой отвратный характер! От самого невинного поцелуя плывёт. Но стоит выпустить на секунду из объятий, тут же щетинится, как ёж.

Обиделась, и упирается теперь. Вообще ни о чём с ней невозможно договориться.

— Ассистенткой ко мне, значит, не пойдёшь? – спрашиваю, целуя в нос.

— Ни за что! – Соня уворачивается, упираясь мне в грудь.

— Обоснуй.

— Ты будешь мною помыкать. Сможешь манипулировать, угрожая испортить карьеру. И я всё равно долго не выдержу...

— Этого не будет. Но твои опасения понятны, – снова целую, зажав ладонями её щёчки. - Что на счет совместных ночей? Переедешь ко мне со съёмной квартиры...

— Нет.

— Да почему?!

— Будешь обращаться, как с вещью, которую купил. И этого я тоже долго не выдержу. Так что, и начинать не стоит.

Перекатываюсь на спину, держа девушку в руках. И усаживаю на себя верхом.

— Хочешь во всём быть главной?

Чувствую голым животом, какая она горячая, влажная. Глажу разведенные бёдра, сжимаю ягодицы. Она мгновенно реагирует – прикусывает пухлую нижнюю губу и прикрывает глаза. Но продолжает стоять на своём.

— Не хочу чувствовать себя продажной девкой. А с тобой по-другому не получается.

— Нам теперь отказаться от ох****ого секса только потому, что ты себе что-то напридумывала?

Ожидаю, что начнёт спорить, доказывать, насколько я не прав. Но она, наоборот, соглашается со мной, чем бесит еще больше.

— Всё именно так, Марк.

Неожиданно спрыгнула с кровати и начала рыться в сумке. Вытащила тренькающий телефон и стала озабоченно листать входящие.

Чего бы ей наболтать такого, чтобы сдалась без лишних капризов?

— Соня! Давай начнём сначала, если хочешь...

Она отвечает, не задумываясь и даже не поднимая глаз от экрана.

— Давай. Но лет через пять, когда ты будешь готов к нормальным отношениям. И научишься относиться к женщинам по-человечески, а не как потребитель.