Книга Никто кроме тебя. Искушение, страница 11 – Анна Россиус

— Хочу подумать обо всём в одиночестве, – призналась я. – Когда ты рядом, мне сложно мыслить здраво.

— Вот и со мной так же. Но, боюсь, я не перестану о тебе постоянно думать, даже находясь на материке, за сотни километров от тебя.

Он упал спиной на постель, и увлек меня за собой.

Но в следующую секунду настороженно замер.

— Что такое?

— Кто-то вошел в дом.

— Холли и Калеб?

— Нет. Но это кто-то из своих, иначе парни на улице не пропустили бы.

— Может, дядя Томас вернулся?

Джордан потянулся к мигающему уведомлениями телефону и кивнул:

— Так и есть.

— Ну как же не вовремя!

— Это даже к лучшему. Теперь хоть не будешь дома одна.

— Я спущусь к нему, а ты пока одевайся.

Быстро сменив пижаму на утепленный спортивный костюм, я поцеловала сидящего на кровати Джордана, который уткнулся в смартфон и ничего вокруг не замечал.

— Я спущусь минут через двадцать. А ты пока подготовь его к новости.

— Какой? – не сразу поняла я, думая совершенно о другом.

— Что мы вместе, какой еще?

— Да. Хорошо.

И вышла из спальни.

Дядя Томас на кухне не спеша пил чай. Честно говоря, он годился мне в дедушки, ведь, насколько я знаю, давно разменял седьмой десяток. Дядей его называл еще наш папа, и мы с Лэндоном, повторяя за ним, привыкли обращаться к нему только так.

Иногда встречаются такие люди, возраст которых невозможно определить с первого взгляда. Они будто бы замирают во времени и с годами перестают меняться. Вот дядя Томас из их числа – моложавый и подтянутый, ему запросто можно дать сорок, хотя он, конечно, намного старше.

Увидев меня, дядя улыбнулся и пригладил аккуратную тёмную бороду с седыми прожилками. Я подошла ближе и сразу почувствовала отчетливый запах офсетных красок. Несколько свежеотпечатанных изданий лежали стопкой на столе, а поверх них его очки-половинки. Значит, это утренние тиражи нашей типографии – «Браун Принт».

— Доброе утро, моя дорогая! – он степенно поднялся и отодвинул для меня стул. – Как спалось?

— Доброе утро! Хорошо, спасибо! – ответила я, обнимая его. Та еще ночка была.

Поскольку перед его отъездом поговорить нам так и не удалось, на протяжении следующих минут двадцати дядя выспрашивал меня о том, как обстоят дела в Шотландии в общем, и у Лэндона в частности. Видимо, брат с ним не откровенничал и последними новостями, которых особо не было, неохотно делился. Я рассказала ему о своих планах на учебу и работу.

— Что касается съемок… – он поднялся и взял пиджак, висевший на спинке стула. – Не могу сказать, что поощряю твоё желание работать. Сейчас для этого не совсем подходящее время.

— Почему?Я тоже встала из-за стола, без конца зевая и потирая глаза.

— Тебе нужно восстановить здоровье, прежде всего. И сосредоточиться на учебе. Сложно будет везде преуспеть…

Наверное, выгляжу я опять неважно, раз дядя Томас опасается за моё здоровье.

— Да, сложно будет учиться дистанционно. За лето наверстаю всё, что пропустила. А работа – это скорее хобби, по большей части на дому и всего несколько часов в неделю.

Дядя Томас вздохнул, еле заметно покачав головой, но продолжать увещевания не стал.

На лестнице послышались шаги, и из гостиной появился Джордан.

— Доброе утро, мистер Браун! – с улыбкой поздоровался он и протянул руку.

И тут случилось нечто совсем уж странное – дядя замер, будто увидел призрак. Он смотрел на Джордана немигающим взглядом. Лицо было такое, будто он пытается что-то сказать, но не может.