Книга Фиктивная жена для бандита, страница 24 – Ася Любич

— Стойте, стойте, Давид, вы обещали, помните? Мы с вами договорились!

— Значит я соврал, — сметаю ударом ее руки, обрушиваясь на дрожащее, испуганное тело всем своим весом, накрывая сочные розовые губы своими, пальцами находя тонкие лямки платья и срывая их к чертям.

Первый удар по щеке прерывает поцелуй. Довольно сильный удар. Но после ее славной ножки мне даже не больно. Наоборот, это ласка.

— Давай еще, а то, как — то слабо.

На меня тут же сыпятся удары кулачков. Первые три принимаю, потом уворачиваюсь, хватаю тонкие плечи и кидаю Аню на кровать.

Она переворачивается кувырком, снова оказывается на ногах. Я усмехаюсь. Опять играем в красную шапочку и волка.

— Перестань! Ты же наверняка с кем — то был! Зачем тебе я!

Качаю головой, потому что вопрос — то резонный. Но и остановиться я не могу. Она бросается к двери, но я успеваю ее закрыть. Хватаю малышку за руку и тяну к себе. Она бьет меня по щеке, а я хватаю ее за щеки. Прижимаюсь к нежным губам, толкаю язык в рот. Она еще бьет меня по плечами, по рукам, царапает, но я упорно продолжаю ее целовать, снова и снова лаская ее маленький сладкий язычок.

— Перестань, — стонет она, нанося удары, но уже слабые, больше приятные. — Пожалуйста, перестань.

— Точно? — отрываюсь от нее, отхожу на шаг, часто дышу, смотрю на припухшие губы. Она облизывает их. На горящие глаза, в которых блестят слезы. — Перестать, потому что тебе стыдно или потому что ты не хочешь?

— Ты обещал, — шагает назад, а я подхожу. Накрываю лобок под мягкой тканью платья. — Давид…

— Давай просто проверим? Мм? Если ты мокрая, то ты хочешь…

— Может я просто описалась?

— А может ты просто хочешь снова испытать оргазм? — шепчу возле ушка, кусаю мочку, нажимая пальцами на ткань, за секунду пропитавшиеся влагой.

Аня дрожит, напрягается всем телом, но больше не сопротивляется.

— Тебе нечего стыдиться. Мы почти женаты…

— Почти не считается, — дергается она в сторону, но я уже задираю ее платье, накрывая задницу двумя руками. Вжимаю в свой стояк, давая понять, насколько сильно мне невтерпеж. Поднимаю над полом, несу на кровать. Она хочет с нее снова слезть, но я дергаю ремнем, ловко связывая руки за головой.

— Ты сволочь. Это не правильно, — дергает она ногами, но я раздвигаю их, рассматриваю тонкую влажную полоску трусиков. Такую же бежевую как платье. Нажимаю на нее пальцами, провожу вверх, вниз, поднимая взгляд.

Аня испугана, качает головой, но часто дышит. Смотрит на меня широко открытыми глазами.

— Ты побрилась для меня, девочка. Можно посмотреть?

— Зачем ты спрашиваешь, если все равно возьмешь меня.

— Хочу дать тебе иллюзию выбора, — накрываю пальцами тесемки трусиков и стягиваю их по ногам к самым лодыжкам. Тут же возвращаюсь взглядом к раскрытой киске. Гладкой и нежной. На половых губах блестит влага, словно зазывая поцеловать. Я не сопротивляясь. Раздвигаю ноги крепко их удерживая и прижимаюсь губами.

Аня стонет, выгибается в пояснице. Мотает головой. Я пью ее влагу, впитывая сочный запах. Поднимаю руки, подцепляю платье и дергаю его вниз, обнажая грудь.

Аня мотает головой, пока я нажимаю языком на лепестки, раздвигая их, касаясь клитора. Вожу по нему самым кончиком. Снова и снова. Потом втягиваю в рот одну половую губу, потом вторую. Не могу оторваться, словно дорвался до источника воды в жару. Пью и пью из него. Трогаю языком, глажу нежное тело. Яйца не просто горят. Их сводит от боли, но продолжаю вылизывать сочную киску. Снова и снова до тех пор, пока тело Ани не покрывается испариной, а стоне не превращаются в крики. Она дергается в оргазме, извиваясь как змея.