Онлайн книга «Ураганные хроники»
|
А потом эта… Эта… Эта отвратительная личность вдруг оставила вниманием эту область и снова переключилась на Ринину грудь! — Ты… А-ах… Ты вообще собираешься дать мне кончить? — пробормотала Рина, когда Лана выкрутила оба ее соска почти до боли — но в ее нынешнем состоянии ее только прошило словно бы электрическим ударом, и она круто выгнула спину. — Ох, Ла-а-ана… — Нет, конечно, — своим мягким, нежным тоном проговорила Ланочка. — Я готовлю тебя для Кирилла. Когда он проснется, сможет взять тебя… Такую нежную, податливую, стонущую… Заставить тебя кончить, несколько раз, если захочет… А потом меня — я, знаешь ли, тоже сейчас очень возбуждена! По-моему, он заслужил такой подарок, как ты считаешь? Рина застонала снова, представив, как Кирилл властно и мощно войдет в нее, прижимая к себе сильными руками… И чуть не кончила в этот момент! — Ох! — Лана отдернула руки. — Это было близко! Чуть все насмарку не пошло. Надо сделать перерыв. С этими словами она растянулась рядом с Риной, тяжело дыша, снова накрыла ее губы тем самым жадным, хозяйским поцелуем. Рина потянулась, чтобы тоже приласкать ее, но Лана отвела руки. — Нет-нет-нет, — прошептала она. — Я же сказала, я так возбуждена! Одно прикосновение — и все! Я же не ты, я кончаю один раз — и потом ждать… Нужно с Кириллом… И снова приникла к Рининым губам, одновременно ущипнув ее сосок, словно задалась целью сделать это ожидание как можно сложнее. * * * В первый день в Ави я рухнул спать как убитый — помню это хорошо. Неудивительно, после тех мытарств, что мне устроили! И снов мне не снилось… Сперва. А потом я словно стал подниматься из глубины на поверхность, где меня обступили знакомые соблазнительные образы. Тяжелая налитая грудь, светлые ареолы сосков, упругие маленькие ягодицы под пальцами, рельефные мышцы живота под смуглой кожей, еще одна грудь, с темными сосками, даже более пышная, крепкие руки, обхватывающие меня за шею, нежные губы, стонущие мне что-то на ухо… Во сне я вбивался, вколачивался в податливые тела, сразу в несколько одновременно — наяву такое невозможно! Мои девушки обступали меня, все одновременно и каждая безраздельно, сверху, сбоку, снизу, я целовал рыжие кудри Ксантиппы, потом Ксюша кусала мои губы, как она это любит делать, потом Лёвка толкала меня в грудь и насаживалась сверху, и каким-то образом я при этом умудрялся еще ласкать между ног Рину, которая стонала и умоляла меня: — Кир! Пожалуйста! Кир!.. В этот момент я не то проснулся, не то осознал, что уже несколько минут не сплю, а горячая мольба и вожделение Рины доносятся до меня по нашей связи. Нет, слов там не было, это все-таки не телепатия; но отчаянная просьба прийти, отчаянная потребность меня видеть в словах не нуждались. И, конечно, у меня был стояк. Каменный. Как с таким выходить в коридор гостиницы, совершенно непонятно! А не выйти нельзя: если Рина так меня зовет… Что она там делает⁈ Порнуху смотрит⁈ И тут я вдруг понял, что не порнуху. Потому что вожделение Ланы, более слабое, более сосредоточенное и осознанное, пришло второй волной, как бы послевкусием после Рининого. Я почувствовал, как их желания пульсируют в такт, и понял, что они сейчас вместе. Ой-ё. Я сказал, что у меня был твердокаменный стояк? Нет, это сейчас у меня твердокаменный стояк! Такой, что кончу, стоит кончиком пальца прикоснуться! |