Книга Ураганная эпоха, страница 61 – Сергей Плотников, Варвара Мадоши

Соня сглотнула. В глазах стало горячо-горячо.

— Ты очень на него похожа, Соня, — сменил тему Аркадий. — Майя не так, а на тебя смотрю — прямо его вижу. И манера говорить такая же. И характер такой же… резкий.

— Ты тоже… похож, — выдохнула Соня, с трудом сдерживая слезы. — Внешне. По характеру вообще не то!

— Я знаю.

После этого мягкого, тихого «я знаю» слезы наконец хлынули, прорвав плотину, неудержимой волной. Кажется, Аркадий плакал тоже, Соня не видела — видела, что потом глаза были мокрые и красные.

— Возвращайся домой, — сказал он ей минут через десять.

Соня помотала головой.

— Я, наоборот, хотела вещи забирать… Я замуж выхожу.

— За Одинцова?

Ее даже не удивило, что он был в курсе.

— За кого же еще.

— Хороший мужик. Мы его проверили. Подводных камней нет.

— Да уж не твой друг-многоженец!

— А вот зря ты так. Кирилл тебе понравится. И девочки его тоже. А уж какой у них сын милый…

— Не сомневаюсь.

Когда вторая пачка носовых платков, обнаружившаяся у Аркадия в кармане, подошла к концу, Соня наконец проревелась. Ей вдруг стало легко, спокойно. Она сидела на лавочке, привалившись к плечу человека, похожего на ее отца, и думала о всяком. О семьях, о детях. О магии. О вечной жизни.

«Надеюсь, никто из его собственных детей не будет называть сына Аркадием, — вдруг подумала она. — Ужасное же, в сущности, имя! И не сократишь его никак!»

Август — время для социального работника ленивое и спокойное. Все в отпусках, в разъездах, обращений мало, делать решительно нечего. Особенно в таком спокойном округе, как Энтокос. Ириду это угнетало. Человек деятельный и энергичный, она здорово рассчитывала на повышение, а для этого нужно было, чтобы в ее конторе дела шли бурно, план выполнялся и перевыполнялся — мол, проведена работа с неблагополучными семьями, меры социальной поддержки предоставлены, улучшение жилищных условий и/или условий проживания несовершеннолетних зафиксировано… Она трижды уже проклинала себя за то, что согласилась из многолюдной Каликии отправиться в это захолустье, соблазненная должностью директора регионального центра. Грешно этому радоваться, конечно, но в Каликии им и профилактические мероприятия приходилось организовывать, и детей из семей изымать, и способствовать получению социальных льгот… Там она чувствовала себя нужной и на своем месте. А в этой большой деревне что делать? Направлять выгоревших домохозяек с пятью детьми на бесплатные консультации к психологу? Пф-ф.

И… честно говоря, денег тоже стало меньше. Нет, она, конечно же, никогда не воровала с выделенных фондов, вы что! Но… там премия, здесь поощрение, тут можно собственную заявку на «психологическое восстановление» подать — а это две недели в санатории помимо отпуска! И все это вдруг как-то разом пропало: малонаселенный район, квоты и целевые показатели совсем другие! Хоть должность считалась повыше, в оплате Ирида потеряла. Но это ее бы не беспокоило, честно! Просто оказалось, что человеку с ее талантами в Энтокосе негде развернуться. Она хотела быть полезной, помогать людям!

Вот в тот августовский день как-то резко оказалось, что вся работа с документацией выполнена за утро, новых обращений нет, и нужно либо согласовывать план ремонтных работ на следующий год — долгая и нудная процедура, потому что у каждой сотрудницы было свое мнение по поводу того, в какой цвет покрасить стены, а ссориться с ними нельзя, это старые и заслуженные курицы! — либо гонять чаи.