Книга Ураганная эпоха, страница 132 – Сергей Плотников, Варвара Мадоши

Марина чуть засмеялась, щекоча его грудь своим дыханием.

— Да… наверное. Слушай, а что мы будем делать, если это правда нашествие инопланетян?

— Прорываться наружу и партизанить. Так же очевидно.

И тут красный свет как по заказу мигнул — и загорелся желтым, ослепительно ярким, так что Лёшка рефлекторно зажмурился. Марина тоже ойкнула. Одновременно загудела вентиляция, запикала, включаясь, оргтехника. Загудели, поднимаясь, металлические щиты на двери и окнах.

— Вот и все, — вздохнул Лёшка. — Клешнещупа поймали.

— Да нет, с Клешнещупом быстрее бы справились. Я думаю, это был…

Тут щелкнула, открываясь, дверь в кабинет. И веселый нежный голос тети Ланы сказал:

— Мариночка, я так понимаю, ты тут?..

И тут же:

— Ой! И Лёшенька! А, ну раз вы тут заняты, тогда не буду мешать… Не простудитесь только на полу! — дверь щелкнула снова.

Марина потерлась горячим лицом о грудь Лёшки; судя по видимому им уху, она была красная, как вареный рак.

— М-да, неудобное положение… Впрочем, хорошо, что это Лана, она совсем без комплексов, — пробормотала Марина. — Говорила прямо как мамочка!

— Ну, в каком-то смысле она и есть моя мамочка, — безмятежно заметил Лёшка. — Хотя, конечно, после того, как моя настоящая мама ужасно расстроилась, я перестал называть ее мамой Лёней, а Ксюшу — мамой. Перешел на другую систему: Ксюша стала мамой Ксюшей, остальные Лошадки — тетями. А мама — просто мамой.

— Что⁈ — Марина приподнялась и кинула на Лёшку непонимающий взгляд. — Ты о чем⁈

— Ну, я же практически вырос в «Маяке», — объяснил Лёшка. — Кирилл и остальные меня воспитывали больше, чем родители! Хотя вот дядю Кира я папой не называл, как-то не сложилось.

— Ты не говорил! — на лице Марины появилась паника.

— А ты не знала? — в свою очередь удивился Лёшка. — Я думал, ты в курсе!

— Нет, я, конечно, знала, что твоя семья и Урагановы очень близки, но не думала, что вот прямо настолько! — испуганно сказала она.

— Да в чем дело-то⁈

— Лёш, одна свекровь, пусть даже такая, которая меня не любит… И шесть свекровей! Да еще таких, с которыми мы так долго были подругами! Ксюша мне до сих пор то платье припоминает!

— Какое платье? — удивился Лёшка.

Марина застонала.

«Ну что ж, — вздохнул Лёшка, — значит, надо приложить побольше сил, чтобы ее утешить».

И приступил.

Мир оставался выцветшим, очертания предметов определенными — и это успокаивало. Пока все остается именно таким образом, нет риска потерять связь с той физической реальностью, где находится ее тело, чтобы воспринимать все окружающее, как малозначительную пляску теней на стене пещеры, бесконечно вглядываясь в темноту… пока то, что, собственно, осталось от нее среди этих «теней», Хлоя вынуждена насильно кормить и обслуживать в прочих отношениях, как младенца!

Роксана очень не хотела снова оказываться в этом унизительном состоянии. Оно никак не спасало ее от главного ужаса — небытия, — давая лишь иллюзию этого спасения. Именно поэтому она согласилась продолжать терапию, когда пришла в себя достаточно, чтобы выразить согласие или несогласие с действиями лекарей душ со Старой Терры!

Единственный способ действительно спастись: это исполнять заповеди Творца, чтобы укрепить душу для бессмертия, и стараться также укрепить тело, дабы оно выдержало как можно более долгую жизнь — вот что поняла Роксана. И старалась действовать в этом ключе. Однако, Творец, как же ей не хватало этого пространства великолепной ясности, изнанки вселенной, где становились понятны все тайные взаимосвязи между событиями!