Книга Ловелас, страница 33 – Илья Взоров

— Поделом ему. Рука.. заживает, ерундовый вывих

Я зевнул, сходил умыться. Уже вместе мы спустились во двор дома. Там стояла главная гордость Ларри — потрёпанный, но всё ещё щеголеватый «Плимут Спешл Делюкс» сорок девятого года выпуска. Его кузов, выкрашенный в цвет переспелой вишни, местами подернулся матовой патиной, а хромированные бамперы отражали калифорнийское небо так ярко, что на них было больно смотреть без очков.

— Кит, дружище, океан зовет! — Ларри выглядел так, словно уже успел выпить ведро ледяной колы. Весь на движе, руки, как шарниры… — Если мы не выедем сейчас, то встанем в пробку на бульваре Вашингтон вместе со всеми бездельниками города.

Я не заставил его ждать. Мой мизинец, туго перебинтованный и зафиксированный самодельной шиной из двух палочек от мороженого, пульсировал тупой болью, но это было ничто по сравнению с перспективой провести день в душной комнате. Мы загрузились в «Плимут», сиденья которого были обтянуты грубой тканью и пахли дешевым освежителем воздуха «хвойный лес». Ларри ловко орудуя длинным рычагом переключения передач на рулевой колонке, повез нас по холмам в сторону побережья.

Лос-Анджелес пятидесятых из окна автомобиля выглядел удивительно просторным. Мы проезжали мимо невысоких зданий из белого бетона, мимо закусочных, над которыми возвышались гигантские фигуры хот-догов, и мимо бесконечных рядов пальм, чьи тени ложились на асфальт ровными черными полосами. Ларри вел машину уверенно, хотя тормоза «Плимута» издавали при каждом нажатии такой скрип, словно под капотом мучили кошку.

Наконец мы выехали к Плайя-дель-Рей. Песок, ослепительно белый под палящим солнцем, был усеян клетчатыми пледами и полосатыми зонтиками. Воздух дрожал от жары, океан был явно неспокоен. Тяжелые, темно-синие валы с грохотом обрушивались на берег, рассыпаясь мириадами брызг. Вдалеке я заметил несколько фигурок на досках — серферы. Их было совсем немного, человек пять-шесть на всю видимую часть побережья, и они казались какими-то первопроходцами на своих огромных, тяжелых досках, похожих на длинные сигары. Небожители. Или волножители?

— Черт, Кит, я совсем забыл напомнить насчет плавок, — Ларри затормозил на обочине, поднимая облако пыли.

Я тяжело вздохнул, предвидя новые расходы. В скудном гардеробе, доставшемся от прежнего Кита, плавок не было в принципе. Так что ничего мне напомнить Ларри не мог. Пришлось идти в небольшой пляжный магазинчик, примостившийся у самого края дюн. Внутри было прохладно и пахло почему-то резиной. Я долго копался в ящиках, пока не выудил пару темно-синих шорт а-ля бермуды из плотного хлопка. Пять баксов. Получите и распишитесь! Скрепя сердце, я отсчитал купюры.

Пока Ларри разглядывал витрину с какими-то блеснами, я заметил у стены стойку с досками для серфинга. Это были массивные изделия, больше похожие на двери от платяного шкафа, чем на спортивный инвентарь. Над ними висела корявая надпись: «Аренда доски — пятьдесят центов в час».

Добравшись до пляжа, мы нашли свободное место на песке, расстелили полотенце Ларри и просто повалились ничком. Океанский гул убаюкивал, а солнце быстро выжигало из головы мысли о деньгах и тиражах журналов. Ларри, закинув руки за голову, начал рассказывать о своей жизни.

— Знаешь, Кит, я ведь не просто так на экономику перевелся, — он щурился на солнце через линзы очков. — Отец говорит, что за банками будущее. Мол, после войны страна будет строиться, всем нужны будут кредиты. Родители уже присмотрели мне место в Омахе, но я хочу остаться здесь. В Калифорнии всё происходит быстрее. Только вот с девушками беда. Очень жадные.