Книга Маркус, страница 24 – Анна Есина

— Ты забыла запереть дверь?

— Нет, я точно помню, что заперла её. Это он, — последние два слова Эля выдохнула с видом человека, кающегося в тяжких преступлениях.

— Кто он? И что он сделал — пробрался к тебе домой?

— Мой бывший, — только и успела молвить она.

Марк действовал незамедлительно. Потеснил её за свою спину и вошёл в квартиру. Увидел на полу в прихожей ношеную пару синих кроссовок, а на вешалке спортивного кроя ветровку. Разулся и поспешил на кухню, где горел свет. Эля семенила следом, молясь про себя, чтобы все остались живы и здоровы.

Стол был накрыт к ужину и сервирован на двоих. Пара салатниц, ваза с фруктами, бутылка шампанского и две зажжённые свечи в высоких подсвечниках. В раковине стояла ваза с малиновыми розами на длинных ножках. Та самая ваза, в которую Эля вчера поставила букет тюльпанов, подаренный Марком. Искать его, по всей видимости, надлежало на дне мусорного ведра.

У стола сидел Лёша. Звук шагов привлёк его внимание, сейчас он медленно привставал, и донельзя нежная улыбочка провинившегося щенка медленно таяла, уступая место гневу.

— Ты ещё кто? — зло спросил он у Марка.

— Дед Пихто, — вполне миролюбиво отозвался Давыдов, выдвинул стул, плюхнулся на него с видом хозяина жизни и с насмешкой оглядел кулинарные старания. — Ты, я полагаю, тот самый недоросль, который не понимает слов "между нами всё кончено"?

Эля в испуге замерла на пороге, привалившись плечом к дверному косяку.

— Лёш, просто уйди. Насовсем. Я уже устала объяснять.

— Эль, кто это?

— Телохранитель и телопользователь в одном флаконе, вот кто. А ты давай живенько собирай харчишки и проваливай, — Марк отщипнул одну виноградинку, закинул в рот и скривился от кислоты.

Лёша переводил взгляд с Эли на Марка и обратно, будто сомневаясь в возможности связи между ними, затем подскочил на ноги, упёрся кулаками в стол и заорал:

— Значит, вот ты кого себе нашла?! Тупого качка! Браво, Мартынова! Не мытьём так катаньем.

Марк тоже выпрямился, и с его стороны этот жест выглядел куда более впечатляющим. Вздумай он упереться руками в стол, наверняка, проломил бы столешницу пополам.

— Тупой качок предлагает тебе проложить маршрут до выхода на своих, пока что, целых конечностях. Считаю ровно до трёх. Более длительному счёту я, понятное дело, не обучен. Раз — кстати, ключи выложи. Два — вот это не забудь, — Марк в мгновение ока задул свечи, собрал к центру уголки скатерти, сделав подобие узелка, легко поднял матерчатый ком под аккомпанемент жалобного звяканья стекла и ткнул им в грудь крикуна. — Не подскажешь, что там после двух, умник?

Лёша отпихнул от себя свёрток, один из уголков выпростался, и всё содержимое повалилось на пол.

— Три, придурок!

— Неправильный ответ, — пробасил Марк угрожающе и сделал резкий выпад в сторону соперника. — Беги, придурок, — вот правильный.

Давыдов замахнулся для удара. Лёша перепрыгнул через месиво овощей, фруктов и осколков и помчался к входной двери. Эля едва успела посторониться. Марк бросился следом, скорее, чтобы припугнуть нежели из желания надрать костлявую задницу горе-провокатора. Он закончил преследование у лестничных перил, через которые перегнулся и бросил вниз:

— Ключи вернул! И чтоб духу твоего рядом с моей женщиной не было!

После чего вернулся в холл, взял кроссовки, содрал с вешалки куртку, вырвав петельку с корнем, и швырнул вещи вниз.