Книга Маркус, страница 120 – Анна Есина

Она обольстительно улыбнулась и переплела пальцы на их руках, словно заставляя его проникнуться теплотой момента.

— Нет, извини, — Марк мягко убрал её руку со своей и отодвинулся. Переключил внимание на пацаненка.

Они молча сидели рядом, пока Ваня с восторгом скатывался с горки.

Парк наполнялся детскими голосами, ароматом цветущих лип и теплом летнего дня.

— Может, попробуем снова? — вдруг вырвалось у Амины. — С чистого листа я имею в виду. Ведь когда-то нам было очень хорошо вместе.

Марк застыл подобно мраморному изваянию. Меньше всего ему хотелось причинить ей боль, но давать надежду в такой ситуации — просто верх бесчестия, поэтому он медленно повернулся. В его глазах читалась целая гамма чувств — от сожаления до жесткости.

— Пойми меня правильно, пожалуйста, — начал он после долгой паузы, — я уверен, что твой муж любил тебя всем сердцем. Ты из тех женщин, которые достойны этого. Вот только я — не твой муж, больше нет. Мне досталось его тело и часть его воспоминаний, очень глубинных, по всей видимости. Однако в них нет тебя. Я хотел бы принимать участие в жизни сына, если ты позволишь, потому как считаю это правильным. Но даже к нему я пока что не испытываю эмоций. Не потому что мне так удобно, нет… Амина, прошу тебя, не усложняй.

Упрямая девица встала, не дослушав до конца, и выражение её лица легко трактовалось, как крайняя степень упрямства. Она явно намеревалась забрать сына и удалиться восвояси, однако в последнюю секунду передумала и желчно спросила:

— Это из-за Самойленко? Ты ведь разговаривал с ним! Что он наговорил обо мне?

— Он тут вообще не при чем, — Марк тоже выпрямился, и теперь они стояли напротив.

— Ну конечно! — всплеснула Амина руками. — Ещё вчера ты был гораздо мягче, а теперь и коснуться себя не даёшь. И всё это лишь потому, что чувств ко мне нет, ага. А они не пропали, случаем, когда Гена похвастал, что пару раз затащил меня в койку? — она почти кричала, привлекая внимание прохожих.

Некоторые мамаши уже с интересом поглядывали в их сторону, явно заинтригованные бесплатным представлением.

— Я повторяю, Гена тут ни при чем, — успокаивающе проговорил Марк.

— Да, это я уже слышала. Так вот учти, пожалуйста, и мою точку зрения, — она пригрозила ему пальцем. — Я по уши находилась в дерьме. На мои плечи легли все проблемы этой грёбаной жизни: мама окончательно выжила из ума, ей требовалась круглосуточная опека; Ванечку с трудом удалось пристроить в детский сад, без взяток, знаешь ли, в очереди люди стоят годами, мне пришлось устроиться нянечкой, чтобы выбить нам место под солнцем. А тебе не помнится такая деталь, как ипотека? За пару лет до аварии мы купили квартиру в чёртов кредит! И знаешь, кому выпала честь его выплачивать?

— Амина.

— Нет, дорогой, ты дослушай! А то ты у нас святоша, а жена — потаскушка распоследняя.

— Я ни единым словом тебя не упрекнул…

— Да разумеется! Ты просто послал меня куда подальше, потому что, видите ли, я ему изменила! Да, я спала с этой скотиной! Потому что только так у меня был шанс выжить! Благодаря деньгам, которые давал Гена, я волокла на себе всю семью. Может, в твоих глазах это и попахивает проституцией, на самом деле я…

— Да угомонись же ты, ненормальная! — Марк прибег к последнему средству: сгреб жену в охапку и заткнул ей рот своим плечом. Зашипел на ухо, усмиряя. — У меня и в мыслях не было винить тебя в чём-то. Я представить не могу, через что ты прошла. И когда узнал, что всё это время ты получала каких-то двадцать тысяч рублей в месяц в качестве пенсии, у меня волосы дыбом встали. Честно, я не знал о вас. В противном случае тебе не пришлось бы в одиночку заботиться о ребёнке. А теперь успокойся и прекрати этот парад совести. У меня к тебе нет ни единой претензии, понимаешь? Дело сугубо во мне. Я больше не Илья, не твой муж. Меня зовут Марк.