Книга Формула влечения, страница 50 – Ольга Вечная

— Слушай, Карина, девочка, извини меня. Это было совершенно неуместно, — выглядит искренне расстроенным, вот только уже поздно.

— Я хочу домой к маме. Можно? — впиваюсь глазами в пол. Что же так холодно весь день.

Какой плохой день.

— Я хотел дать ответку про массажисток, но вышло отвратительно, — он не оправдывается, а поясняет.

Но мне так гадко.

— Пожалуйста, домой. Сейчас.

Устало трет лицо. Я делаю движение к выходу, но Дан встает преградой на пути и ловит мой взгляд. А поймав, не отпускает:

— Карина, я так не думаю. Даю слово, что так не думаю, и никогда не думал, тем более о тебе. Это накопленная усталость выливается в агрессию. — Он говорит, а у меня кожа покрывается гусиными пупырышками. — Раздражение, которое никак к тебе не относится. Мне жаль, что я так сказал.

— Ты просто мудак.

— Наверное, да, но не сегодня. Я планировал лишь прогреть тебя в бане и накормить. И твой халат не так плох.

— Уверен? — поджимаю губы.

— Располагайся и не спеши, я буду у себя. С меня ужин. На котором я обещаю заткнуться.

Я улыбаюсь примирительно:

— Хорошо.

Данияр кивает и направляется к лестнице. Я же начинаю стягивать халат. Прокручиваю в мыслях его извинения. Кажется, передо мной никто так искренне не извинялся. Влечению это не способствует, но график хотя бы перестал падать и пошел параллельно.

Мне понравилось, как он отреагировал. Мне хочется больше его искренности. Окликаю:

— Дан?

Он оглядывается, но, увидев меня в белье, мгновенно отворачивается. Губы расплываются в улыбке, и настроение поднимается. Он все же бывает забавным.

И я его прощаю.

Так и стоит, отвернувшись. Словно ни разу в жизни не видел женщину в белье. Я... даже окидываю себя взглядом, дабы убедиться, что не голая.

— Что?

Улыбаюсь шире.

— Послезавтра прилетает моя самая лучшая подруга. Ты не против, если я ее сюда приглашу?

— Откуда прилетает?

Так и стоит ко мне спиной. Не может на меня смотреть потому что я либо ужасна, либо...

— Я прикрылась, можешь смотреть.

Он поворачивается и тут же, будто обжегшись о красоту девичью, отводит глаза. Хохочу! Разумеется, я не прикрылась.

— Очень смешно, Карина, — тянет звуки, но грубить больше не пытается.

— Ты что, себе не доверяешь? — выкрикиваю.

— Зато ты прекрасно доверяешь мне. — Что-то есть в его интонациях такого, что заставляет меня на секундочку смутиться.

И все же.

— Ну да, — на цыпочках подхожу и мурлыкаю: — Я ведь знаю, что прибить меня будет максимально невыгодно твоим волшебным фагам.

Кладу ладони на его спину, и тут же жалею — она слишком твердая, мужественная. Внутри что-то сжимается.

Но поздно.

— Они не волшебные, а работающие, — его голос звучит как-то слишком низко, натянуто или же дело в акустике. — Так откуда она прилетает?

Мышцы под моими руками напрягаются, я смотрю, на его шею, на три крошечные родинки, и мне хочется очертить треугольник пальцами. Проверить, насколько они плоские. Он чуть поворачивает голову, и я замираю. Затаиваю дыхание. Вот-вот обернется. Вот-вот.

— Из Вьетнама.

— Пригласи ее, конечно. Только пусть пройдет две недели карантина.

— Что? Ты же не серьезно? — отшатываюсь.

— Это логично и этически правильно — не подвергать друзей риску привезённых инфекций.

— Эм. В следующий раз, пожалуй, просто промолчу про Вьетнам. — И отправляюсь в парилку.