Книга Формула влечения, страница 29 – Ольга Вечная

То, что двадцать пять лет подряд казалось нормой, мгновенно выбивает из колеи. Он выходит из родительской спальни в куртке, видимо показывая, что ненадолго приехал. В руках держит пакет с чем-то тяжелым.

— Забирай все! — кричит мама. — Все свои бестолковые книжонки! Иначе я сегодня же повыкидываю их из своего дома!

— А вот и зря! — оборачивает он резко. Жесты нервные, лицо раскраснелось. — Почитала бы, может, какие-то очевидные грамотным людям вещи стали бы понятнее! — Тут он замечает меня и улыбается: — О, Кариш, привет конфетка. Я привез тебе Куна.

— Куна? Этот Кун заплатит нам за свет, воду? — накидывает мама. — Оплатит детям репетиторов?

— Нет, не оплатит! — рявкает отец. Кажется, у него вот-вот начнется истерика. — Но даст намного больше! Жаль, что для тебя эта часть мира так и осталась непостижимой!

— Больше? Кредит за машину погасит, что ли? — Мама появляется в дверях и упирает руки в бока.

Я как дура стою с этой пиццей. С тортом и душистыми ветками. Словно с насмешкой.

— Мама, ты перегибаешь, — Марат высовывается из своей комнаты то ли на крики, то ли на запах пиццы. — И ты не права. — И приветственно, хоть и довольно сухо, кивает в мою сторону: — Карри. И пицца.

Дверь Марка тут же открывается.

— Я не права?! — взрывается мама. — Это я-то не права? В свою комнату! Немедленно!

— Да с удовольствием! — закатывает глаза брат и захлопывает дверь.

Отец протягивает мне томик Куна, мама сверлит глазами.

— У меня руки заняты. Марк... ну кто-нибудь, помогите!

Мелкий, хромая, подходит, выхватывает у меня коробки и неспешно тащит в кухню.

— М-м-м, систер, ты притащила пеперони. Остренького нам как раз и не хватало.

Его тон царапает. Он бодрится, конечно, но тоже ранен. Мой маленький Марк.

— Карина больше не интересуется этой заумной философской ерундой, — фыркает мама. — У нее новая работа, новая жизнь, подальше от вашей полоумной братии.

— Карина талантлива, а ты заставила ее закопать свое призвание! То, чего у тебя никогда не было.

— Папа, пожалуйста! — молю я.

— Я не прав?

— Еще как не прав! — кричит мама. — Только ты этого никогда не поймешь. Потому что ты даже не знаешь, что твоя дочь рассталась с парнем. И по какой причине. Ты понятия не имеешь, каково ей пришлось эти недели! Сидишь в своем собственном мирке высоких материй. Тебе нет дела ни до кого, кроме себя любимого.

— А тебе, что ли, есть? — кричит из комнаты Марат, и мама ударяет рукой по двери.

— Какой дурдом! Я покидаю это место немедленно! — восклицает отец.

— Конечно, какие могли быть сомнения!

Папа вручает мне книгу и поспешно выходит на лестничную площадку. Не успевает еще захлопнуть дверь, как мама вырывает у меня бедного «Куна», несется в кухню. Крышка мусорного ведра с глухим стуком захлопывается — я знаю этот звук, и сомнений о судьбе папиной книги не испытываю.

— Карина, не вздумай становиться таким же безумным, парящим в облаках, никчемным человеком, как твой отец! — выпаливает мама.

Мы с Марком переглядываемся. Он уже достал кусок пиццы и мрачно жует. Я сжимаю ладонь в кармане, металл кольца нагрелся, стал будто частью тела.

— Это не талант! Это беда!

Марк громко хмыкает, берет коробку и хромает в свою комнату. Мама провожает его растерянным взглядом, плюхается за стол и начинает плакать, а я... чувствую такую боль, будто половину моих внутренностей взбили блендером.