Онлайн книга «Искры. Испытание Веры»
|
Обессилено откинувшись на жесткое и колкое ложе, я рассеянно смотрю на заходящее за горизонт светило. Глаза закрываются сами собой. Я лишь минуточку отдохну… В себя прихожу резкои понимаю, что уснула! Просто вырубилась прямо во время секса, оставив Тиана неудовлетворённым. Так ещё и про детей забыла! Распахиваю глаза. Ещё не темно слава богу, а значит в отключке я была недолго. Тут же пытаюсь сесть, но мне не дают! Крепкая и пахнущая так знакомо ладонь, осторожно зажимает мне рот, удерживая на месте. — Тшшшшш… Что за?!? И тут я понимаю, что мы с Тианом больше не одни… Я замираю как мышь под веником и лихорадочно пытаюсь понять насколько одета. Верх на месте и, о чудо, штаны тоже. Похоже Тиан одел меня пока я мирно посапывала, уткнувшись носом в его грудь. И как сумел? Ещё и не разбудив при этом… Голоса приближаются и я начинаю их различать. Мужской и женский. Двое. И мужской мне, кажется, знаком… Сглатываю откуда-то появившийся в горле противный ком и втолковываю сама себе, что я хоть и на стене, но не собака ни разу. У меня три(!) мужа и личная жизнь чужих мужиков, даже если они входят в мою свиту, меня не касается. Но внушение почему-то помогает мало. Слащавый женский голос вызывает желание заскрипеть зубами и выбраться из укрытия, испортив гордому псу всю "малину". А мгновение спустя я узнаю и женский голос тоже. И на меня накатывает иррациональное облегчение. Та самая приставучая тетка! Ну что ж, сейчас посмотрим как он будет ее отшивать. — Ну же, не ломайся, сладкий! Не строй из себя невинность. Тебе ведь женские ласки явно не в новинку. Я таких как ты издалека чувствую. — Каких "таких"? — в голосе Дара слышится едва сдерживаемая злость. Похоже допекла его уже эта дамочка. Я же не могу удержаться от соблазна увидеть в этот момент выражение лица высокомерного оборотня и осторожно ползу, а затем и выглядываю из своего укрытия, отпихнув легонько пытающегося меня удержать Тиана. Какие мы правильные, посмотрите-ка! А мне может любопытно… Колючая мелкая трава засыпается в вырез рубахи, колет грудь и щекочет живот, но я вознаграждена за усилия. На лице Дара, плохо скрываемые под маской холодной вежливости, отвращение и злость. Он пытается отстранить от себя пышущую страстью женщину, которая старается до него дотянуться. Видимо с целью пощупать… Мысленно хмыкнув, я продолжаю наблюдение. Эх, попкорна бы сюда! Всякие там земные Родриго и Лионеллы завидуют, молча умываясь горючими слезами зависти. Какие страсти! — Настоящих самцов, горячих и страстных, — лопочет дамочка, пытаясь дотянуться до широкой смуглой груди в распахнутом вырезе рубахи. — Вам ведь лишь бы женщина была, разницы нет кто… Я моргаю, пытаясь понять о чем она, и лишь через пару мгновений до меня доходит, что она ответила на его вопрос. А потом уже доходит и смысл сказанного. И если вначале ее возбужденный бред звучал терпимо и даже лестно для мужчины, то окончание меня просто добило! Я поперхнулась воздухом, слава богу беззвучно почти. Лицо Дара на последних словах женщины будто окаменело, превратившись в неподвижную холодную маску. И, словно последние ее обидные слова придали решимости, Дар с силой отпихивает от себя женщину и цедит сквозь зубы: — Не интересует! А у меня пропадает желание наблюдать за происходящим. Я не хочу становиться свидетелем его невольного унижения и ещё больше не хочу чтобы он об этом знал. |