Книга Птичка для пилота, страница 127 – Евсения Медведева

— А ты жестокая…

Таня подпрыгнула, обхватила меня ногами, крепко обняла, покрыла лицо быстрыми поцелуями и спрыгнула.

— Три свидания! У меня свидетель есть, – прохрипел я, как только она прервала эту сладкую пытку с ароматом лимона на губах.

— Порядочный он…

«Уважаемый Максим Витальевич, хотелось бы напомнить Вам, что сегодня агентством «Счастье» организовано свидание. Просьба не опаздывать».

Вновь и вновь повторял я эту сухую, но такую важную смс, что получил ещё в Питере, после посадки.

И вот теперь, после двух перелетов, я мчался по зданию аэропорта, не чувствуя усталости, с мыслью скорее добраться до квартиры, где стадо бегемотиков и маленькая собачка уже неделю топчут мой потолок, явно намереваясь объединить наши квартиры.

— Макс! – окрикнул меня знакомый голос, я обернулся, проскользив по толпе, лиц которых было не различить за разнообразием масок. Но тут же признал Филю, размахивающим фуражкой в воздухе. – Мы впервые в одном экипаже летели, а ты вот так меня бросаешь?

— Котов, некогда мне!

— Да, подожди, – друг вцепился в мою руку. – Я же вижу, что ты светишься, как гирлянда на ёлке. Ждал, что расскажешь, но нет! Гонял меня по чеклистам, как Сидорову козу. Поехали ко мне? Выпьем, поговорим?

— Филька, тебе лишь бы…– хотел было отшить его, как на плечо легла чья-то рука.

— Максим Витальевич, мне было так приятно оказаться с вами в рейсе!

Лиля Зайцева обошла нас, так и не убрав руку с моего плеча. Пальцы её двинулись по предплечью вниз, коснулись руки, но я тут же отдернул её за спину, сделав шаг назад. Ненавидел вот такие вот поползновения. Терпеть не мог навязчивость и стирание границ личного пространства. Ещё со времён стажировки держался подальше от рабочих интрижек, определив для себя жёсткие рамки.

— Максим Витальевич, что же вы от меня как от огня шарахаетесь, – весьма нагло прошептала она и сделала шаг мне навстречу.

— Как Вас…

— Лилия, меня зовут. Красивое имя, правда? – промурлыкала он, снова пытаясь взять меня за руку.

— Так вот, Лилия, вы сотрудник молодой, неопытный, но азы воспитания вам должны были дать в семье. Поэтому на первый раз я закрою глаза на нарушение субординации, но впредь рекомендую держать свою энергию в руках, – проговорил сквозь сжатую челюсть, стараясь контролировать жёсткость в голосе. Котов прикрыл ухмылка рукой, а девушка стала покрываться бордовыми пятнами. – И ещё…

— Милый…

Уши обласкал знакомый голос, а в руку, что я убрал за спину, легла тёплая ладонь. Танечка протиснулась между мной и Зайцевой, нарочито показушно смахнула сор с плеча, где ещё недавно лежала чужая женская рука.

— Привет, Птичка, – выдохнул я скопившееся напряжение.

— До свидания, Максим Витальевич, – крякнула Зайцева и слегка толкнув Таню, засеменила к выходу.

— Какая прелесть, Крылосов, – Птица поцокала языком. – Тебя, я смотрю, нельзя надолго оставлять одного? Сразу девушки липнут, да?

— Татьяна, – очнулся Котов, что стоял, разинув от удивления рот. – А он ещё с академии такой. Магнит для женщин, поэтому вы уж сделайте одолжение, не оставляйте его одного надолго.

— Знакомься, Птичка. Это Филя Котов. Добрый, но слишком болтливый. Причем не с академии, а с самого рождения.

— Милый, мы же знакомы, – рассмеялась Таня. – Именно Филипп и вызвал меня в два часа ночи, чтобы вручить твоё пьяное бездыханное тело.