Книга Мэр. Цена предательства – любовь, страница 89 – Евсения Медведева

— Нет, это он прислал отца, чтобы сопроводить семью домой. Ну, кто ещё о вас позаботится лучше деда? – Каратицкий старший явно смаковал это слово. Дед… – Может, поднимешь трубку?

— Пешком пойдём?

— Полетим, – наши чемоданы тут же оказались в руках у охраны, нас взяли в плотное кольцо, ограждая от чокнутых туристов, мчащихся к стойкам регистрации.

Нас сопроводили к бизнес-залу, помощник дяди Миши взял на себя все организационные моменты, а нам только и оставалось, что сидеть на мягких креслах.

Было стыдно признаться, но чувствовала я себя хреново.

Вспылила, потащилась в аэропорт, ещё и трубки с утра не беру. Костя там, наверное, места себе не находит! Права Олька, мной теперь движут только гормоны, никакой сознательности.

— Не переживай, ему это полезно, – дядя Миша словно мысли мои прочитал, озорно подмигнул и помог мне стянуть балетки, освобождая отекшие ступни. – Давай, закидывай на стол, скоро легче станет.

— Неприлично же!

— Тебе всё можно, Вика. Давай-давай…

— Дядя Миша, что он там придумал? Ну, я же чувствую, что-то случилось, а мне никто ничего не говорит! – сжала руку свёкра, заглянула в глаза, пытаясь увидеть переживания. – Может, он нашёл себе кого-нибудь? А? Дядя Миша, вы мне только сразу скажите. Хорошо?

Но нет… Он был спокоен, с улыбкой смотрел прямо в глаза, не допуская ни намёка на ложь.

— Вика, мой сын, конечно, оболтус и ещё тот ярый прожигатель жизни, чтобы в кайф. Но знаешь какое его главное качество?

— Способность любить, – я закрыла глаза, чтобы не показывать свёкру тот фейерверк, что вспыхивает каждый раз, когда я думаю о муже.

Желание обжигающими языками пламени скользит по коже, согревая в холод, охлаждая в жару. Я даже не знала, что можно любить вот так…

Чтобы даже дышать было невыносимо порознь.

А может…

Может, в этом и есть настоящая причина моей истерики?

Я просто до безумия соскучилась по мужу. По его взгляду, по теплым и таким надежным рукам…

— Нет, мой сын преданный и надёжный, но только тем людям, кого он любит. А тебя он любит… Это же даже котятам понятно было ещё тогда, на вашей свадьбе. Так что вы себе сказки рассказывайте про договорняк, – свёкор расхохотался, да так громко, что на нас стали оборачиваться другие пассажиры.

Да прав он… Прав.

Люблю, и всё.

Вот такого вот, со своими причудами, желанием удивлять, поражать и покорять.

Всего пара часов, и я его убью. А потом воскрешу, зацелую и потребую обещание никогда не оставлять!

Я так вымотала себя этими мыслями, что как только мы сели в самолёт, то тут же вырубилась на диванчике в отдельной комнатке.

Мне снились и небо, и море, и люди, и друзья. Но все это время было как-то зябко…

Но внезапно вылезло солнышко. Так тепло стало, ласково… По коже мурашки, мысли запутались старыми ниточками. Уже и сон забылся, и голоса потухли.

И вдруг всё стихло… Вакуум тишины, даже сердце притаилось.

Я в панике распахнула глаза и тут же утонула в родной зелени глаз.

— Костя…

— Девчонки мои,– он стянул пиджак, сорвал галстук и упал на диванчик рядом со мной.

Костя нагло, совершенно бесцеремонно потянулся к сарафану. Рывком задрал край, пробежался по кромке трусиков, нараспев протягивая своё фирменное: «Ути-ути, га-га-га…».

Я перекатилась на спину, с удовольствием рассматривая лицо мужа.