Онлайн книга «Играя с ветром»
|
— Каталку! – внезапно блондинка раскидала мужиков и сиганула вверх по ступеням больничного крыльца. Медперсонал с удивлением осмотрел босую всклокоченную девушку, но всё же засуетился. – Сюда! — Я сам, – хрипел я, прорываясь внутрь. — Положи её, Лёва, – она откуда-то знала моё имя. – Ника беременна, и чем меньше мы её будем трясти, тем… Отпусти, Лёва. Отпусти… Больше я уже ничего не слышал. Ника беременна… Ника беременна… Эти слова стали пульсом, силой, что вновь и вновь заставляли моё сердце биться, как ненормальное. Смотрел в испуганные глаза Вероники, пересохшие губы, теперь так отчётливо слыша то, что не мог разобрать всего пару минут назад: «Я беременна…». — Куда? – взревел я, вталкивая каталку в распахнутые двери приёмного отделения. – Держись, милая. Я обещал, что всё будет хорошо! Обещал! — Наша девочка, – хрипела Ника, прижимая мою руку к своему животу. А моё сердце по волокнам расползалось. – Это наша девочка… — Если девочка, то точно выкарабкается, – санитары оттолкнули меня, но я продолжал бежать следом, наклоняясь, чтобы поцеловать ледяную ладонь Ники. – Слышишь? Чтобы обе выкарабкались! Мои слова эхом гуляли по больничному коридору, блондинка грудью встала у дверей смотровой, ошпарила грозным взглядом, преграждая путь. — Все будет хорошо! Глава 48 Пятеро мужиков, сидящих на узкой лавке в больничном коридоре, вызывали шок и у пациентов, и у медсестёр, и у врачей. Но кому было дело до их недоумения, осуждения и прочих никчемных чувств? Никому… Мы не говорили. Смотрели под ноги, изо всех сил сдерживали рвущиеся эмоции, помня гневное шипение босоногой блондинки, грозящей выкинуть всех отсюда, если будем мешать. И мы не мешали. Дышали по очереди. Прижимались друг к другу, как воробушки, и ждали, проявляя небывало терпение. — Дина где? – не выдержал я, сжимая кулаки. Не чувствовал боли, видел, как белеет кожа, но мало мне этого было. Ой как мало… Всё прогонял и прогонял события этого дня, пытаясь понять, где ошибся? Что не предусмотрел? — Задержана, – тихо-тихо ответил Чибисов. – Она сама себя зарыла, а могла просто скромно постоять на «похоронах» Зюзина. Дура. — А Зюзя? — Там же. Его арестовали после того, как опергруппа задержала две фуры. Там уже меняли маркировку, так что этому предприимчивому комерсу не отвертеться, – Чибисов ободряюще хлопнул меня по спине. – Забудь, друг. Я всё сделаю по красоте сам. К тому же ребята помогут, мы им план по раскрываемости знаешь как подняли? Ух… Я не мог даже сказать Кириллу спасибо. Лишь кивнул и закинул голову к потолку. Люминесцентные лампы характерно потрескивали, моргали и разливали по коридору холодный голубоватый свет. Внутри всё кипело, бурлило и взрывалось. Страх, гнев, радость и любовь сплетались в стальной канат, натягивались и трещали. Беременна? И не сказала… Чёрт! Что за хрень? Та, что вызывала мигрень и тошноту, с гордостью размахивала липовыми справками, кровь сворачивала, шла по головам, лишь бы получить то, чего так хотелось! А эта, которую люблю… Промолчала. И в голове вдруг стало всё сходиться: её обмороки, тошнота и эти нехарактерные для неё эмоциональные всплески. Что я чувствую? Обретение. Полнота. Счастье… Которое сейчас скрыто от меня за дверью палаты, и разделяет нас неизвестность и прожиравший до костного мозга ужас потерять все это. |