Книга Договор на нелюбовь, страница 69 – Евсения Медведева

Нет, я не жалею. Ведь силой меня никто не тащил в эту пучину вранья, и у меня самой есть интерес, потому как без помощи Цареёа нам не отстоять «Яблоневый». Но, черт подери, почему мне так хорошо с ним? Чем он отличается от других особей мужского рода? Те же ноги, руки и голова, вот только взгляд другой. Говорящий, что ли.

Катя! Хватит об этом думать! И нужно свести совместное времяпрепровождение к минимуму. Неужели ты думаешь, что он всерьёз относится к тебе? Кто ты? Училка, танцовщица, что развлекает таких как он! Но никак не ровня. Поэтому засунь свой трепет куда подальше и сражайся за дом, пока его не отобрали такие, как он.

Отвернулась от него и отправилась в душ. Хотелось смыть все эмоции этого бесконечного дня. Но как только прохладная вода сделала своё дело, меня как током прошибло. Кровать-то одна!

Яркие лучи солнца беспощадно пытались меня разбудить. В голове гудело так, будто дядя Костя из соседнего дома опять пытается завести свой оранжевый запорожец.

Открыла глаза и подскочила. Я была в кровати Царёва. Ну, точно! Как я здесь оказалась? Ведь я точно помнила, что умостилась в кресле, накрывшись его пиджаком.

— Что случилось? – Саша отреагировал на мой визг и подскочил, растирая ещё красные глаза. – Проспали? Куда?

— Прости, Саша, – я прижимала руки к груди, чтобы не светить грудью в кружеве сорочки, стала сползать с кровати. Какого черта я решила выпендриться и взять с собой именно эту пижаму? Почему не взяла с милыми утятами? На что надеялась? Или ждала?

— Ты куда? – прохрипел он, потянулся к бутылке воды, что стояла на тумбочке и осушил её залпом, посмотрел на экран телефона и зарычал.

— Я, наверное, ночью… Точно помню, что легла в кресле… – заикалась, пытаясь понять, что сделать правильнее?

— Кать, время девять утра! Воскресенье! Спать! Саша резко схватил меня за руку, бросая обратно на кровать, прижал к себе ещё и ногу сверху закинул.

— Саш, мы в одной кровати, – шепнула я ему куда-то в район шеи, боясь пошевелиться.

— Ага.

— Это неправильно.

— Неправильно – спать в кресле, – Саша укрыл меня своим одеялом и обернул руками. – Тишина. Мне нужна тишина, Катя. И если мне придётся удерживать тебя силой, чтобы заставить молчать, я сделаю это. Поверь.

— Это ты меня перенёс?

— Да.

— Зачем? Мне было удобно!

— Все, спим!

— Царёв! Ты охренел? – я толкнула его в грудь со всей силы, но он даже не шелохнулся и руки с меня свои загребущие не убрал. – Заигрался, что ли? Так я тебе быстро напомню!

Моя рука заскользила по его груди, животу, аккуратно прошлась по кромке боксеров, вдоль рёбер и со всего маху вонзилась своими когтищами в спину.

Саша выгнулся, прижимаясь ко мне ещё сильнее и зарычал от боли. Глаза его распахнулись, в них вспыхнуло что-то новое. Прозрачная голубизна исчезла, уступив место туману, в котором он что-то прятал. Но что?

Я воспользовалась его слабостью и выскользнула сильных его рук. Обернулась в простыни и соскочила с кровати.

— Царёв, то, что мы с тобой играем влюблённую пару, не означает, что у тебя есть право вот так тискать меня! – зашипела я, грозно тыча в него пальцем.

— Иногда ты так смотришь на меня, Катя, – Царёв сел, ткнул в пульт и портьеры стали съезжаться, погружая комнату в темноту. – Что я начинаю думать, что ты не против.