Книга Невыносимая для Мерзавца, страница 55 – Евсения Медведева

— Моя дорогая племянница, я предлагаю вспомнить условия, на которых пообещал тебе поддержать стремление обогатиться. Ты помнишь?

— Универ и годный бизнес-план, – Настя захныкала и затопала ногами, как делала всегда, когда не получала то, чего хочет.

— Именно. Давай начистоту? Пункт первый: ты совершенно не надежна, неопытна и зелена. Пункт второй: через три месяца, когда начнутся налоговые, пожарные и прочие проверки, ты снова прибежишь ко мне, потому что пройти одна не сможешь, не потому что женщина, а по причине пункта первого. Всё, стоп. Либо ты ищешь компаньона в свой бизнес, либо мы больше не возвращаемся к этому обсуждению, – наверное, я был слишком груб, прямолинеен, что из глаз моей взбалмошной родственницы хлынули слёзы обиды. Но это правда жизни. Да и, признаться, мне очень надоели её звонки. Мне проще давать деньги просто так, чем покупать в перспективе себе геморрой.

— Ты ещё скажи, чтобы я замуж вышла удачно и перестала делать тебе мозг!

— Воооот! Можешь же, когда хочешь, – подмял под руку свою племяшку, потрепал по волосам. – Годный бизнес-план.

— Выйти замуж? – Настька никогда не умела долго злиться, поэтому через минуту залилась звонким смехом.

— Нет. Не делать мне мозг.

— Слушай, а она мне даже понравилась. По-хорошему чокнутая, упрямая, самодостаточная. Именно такая тебе и нужна. А то ты вечно выбираешь отбитых, ветреных и повернутых на своей значимости. Слав, мама давно говорит, что баба тебе нужна нормальная. Пусть не самая адекватная, а я видела её шальной взгляд, когда она наглым образом увела тебя, но зато нормальная!

— А вот это плохой бизнес-план. Женат я был, и мне там совсем не понравилось. Душно, сложно и очень дорого.

Настька выбежала недалеко от офиса Марка, куда я и направлялся, чтобы напиться. После всего ада, ворота в который я открыл добровольно, когда вторгся в ванную к Вере, мне просто нужно было выдохнуть и успокоиться.

Друга я нашел в переговорной, где редакторы презентовали очередной выпуск ежемесячного журнала. Сталь, как всегда, молчал, выражал полную незаинтересованность во всём происходящем, но все уже прекрасно знали, что это своего рода психологическое давление, потому как в конце совещания начнётся самое интересное. Как только последний докладчик с облегчением выдыхал, в Марка просто дьявол вселялся. Он начинал рычать, пыхтеть, краснеть, как рак в укропе. Это бесчинство длилось долгие полчаса. Пока он не напихает каждому, то никогда не успокоится. Порой мне кажется, что он специально себя доводит, чтобы с чистой совестью напиться в дровинушку.

— Лена! Никого не пускать! – рявкнул он секретарше и толкнул дверь своего кабинета, приглашая меня. – Ты за рулем?

— Ты же знаешь, что нет. Ну, что на этот раз вытворили твои олухи?

— Разорить меня решили, вот что! – Марк плеснул водки по стопкам и сел на диван. – Ввязались в конкурс красоты, который нам доверили не только освещать, но и спонсировать. Сливать бабло на протеже богатых папиков – такое себе вложение кровно заработанных.

— Согласен. Кстати, о протеже, – Марк весьма удачно свернул тему в нужное мне русло. – Меня Раевская попросила пристроить свою подругу, она долго работала в издательстве, молодая, веселая, бойкая. Быть может, у тебя есть что-то подходящее?