Онлайн книга «Семь ночей»
|
Стать нашивкой его очередной победы? Руки опустились, роняя сумку на пол. Пальцы дрогнули, пробегаясь по низу кожаной куртки, сжали, буквально сдирая её с себя! Мне было нечем дышать! Я стонала, пытаясь вдохнуть воздух! Одежда будто сдавливала легкие, обжигала кожу! По венам текла не кровь, а сжирающая заживо лава. Вадим мягко рассмеялся, с шумом отодвинул кресло, встал и медленно обошёл стол, не сводя с меня своего фирменного ледяного взгляда. Движения его были плавными, ровными, успокаивающими… Звук каждого шага становился отбивкой для сердца. Дрожала, задыхалась и молилась, чтобы не передумал! Шаг… Шаг… Носа коснулись пьяная смородина и свежесть морского бриза, закрыла глаза, пытаясь поймать равновесие, чтобы не рухнуть в обморок. Но ноги отказывали… Я, как последний октябрьский листок, стала падать прямо на пол. Но мне не дали. Его сильные руки бережно подхватили меня, буквально вжимая в себя. Он не таился, не пытался сдерживаться. Прижимал так, что дышать было трудно! Но так сладко… Скреблась, как кошка, впиваясь ногтями в его рубашку. Драла ткань, желая лишь припасть к горячей коже. И время вспыхнуло… Минуты растворились, забыв о нас. Мир будто схлопнулся вокруг безвоздушной барокамерой, лишив кислорода и терпения. Мы с жадностью дышали друг другом. Руки блуждали по телу, из горла вырывались то ли всхлипы, то ли рычание. И не было здесь места стеснению. Именно так выглядит потребность. Ты сдираешь кожу, плавишься, потому что мало! Мало касаний! Мало тепла! Хочется утонуть друг в друге, забыв о том, что происходит за стенами этого ресторана. — Моя девочка… Слёзы рвались наружу, скользя по лицу непрекращающимся потоком боли. Его сильные пальцы впивались в кожу, сминали мягкость кашемирового платья, и я слышала, как трещат его нити. Он помогал… Чувствовал, что нет сил терпеть! Нет времени ждать… И лишь когда платье рухнуло на пол, я заскулила, буквально запрыгивая на него. Обнимала ногами, сжимая колени с такой силой, что Вадим сначала поморщиться, а потом хрипло рассмеялся. Нам не нужны были слова. Наши души настолько истосковались друг по другу, что взгляды стали говорящими, живыми, обжигающими правдой. Схватила воротник его рубашки и мучительно медленно стала перебирать пуговицы, пока не раскрыла настолько, чтобы можно было подушечками пальцев пройтись по рваному следу от ножа. Мой Вадя… — Держись, – прошептал он, отпуская руки с моей задницы. Схватил себя за ворот и с силой рванул, что аж пуговицы заскакали по каменному полу. Прижался кожа к коже, и мы застонала в унисон. Реальность поплыла… Все вокруг замигало, будто я оказалась внутри новогодней ели с миллионом огоньков. Сжала его лицо ладонями, провела носом по мягким губам, пахнущим алкоголем и пряным табаком, и поцеловала. Силы покинули меня… Мысли бились птицами, сердце смиренно постукивало, а мозг пьяно пел: «Теперь вы вместе…». Его губы стали жесткими, требовательными. Язык буквально вонзился в мой рот, утягивая в танец страсти. То и дело бились зубами, не замечая боли, звука… Мы были вместе! Тишину нарушил треск ткани моего белья, и горячая ладонь накрыла складочки. Он играл пальцами, растягивая влагу. Кружил, концентрируя пламя внизу живота, но плавность его движений сменялась настойчивостью и резкостью, и вот я уже содрогалась крупной дрожью, отчаянно подкидывая бёдра в такт его пытки. |