Книга Его должница. Бой за любовь, страница 94 – Евсения Медведева

Она не опускает рук, ею руководит добро, желание помочь, высшая степень ответственности перед своей профессией.

Если я обращаюсь к чёрту, то она к Богу.

Если я могу одним ударом отправить человека в нокаут, то она спасёт его своими хрупкими женскими ручками.

Полная противоположность! Полная… Но оттого и сидеть на месте невозможно, пока она там.

— Дядя Игорь, а мама в ночную смену ушла? — Тёмка вдруг высунул голову из-за спинки дивана и широко улыбнулся. — Вернётся утром? Или на сутки?

Я думал, что объяснить пацану отсутствие матери станет сложным испытанием. Но все вышло иначе… Артём загрустил, но понимающе кивнул головой, безропотно взял меня за руку и, не задавая лишних вопросов, отправился к машине.

У меня сердце рвалось в клочья… Но ради ребенка я должен был держать себя в руках. Странное чувство… Это как сдерживать полыхающий огонь в небольшой коробке. Он вырывается, лупит, сжирает, но ты не должен показать вида, дабы не пугать ребёнка.

Я не буду таким, как генерал… Никогда не буду!

— Мама скоро вернётся, а пока предлагаю поесть пиццы, — я выдавил из себя смех и, услышав трель дверного звонка, подорвался в надежде, что это все же не курьер, а Лютаев.

Но сюрприз оказался двойным… На пороге моей квартиры оказался Лютаев с пиццей, а за его спиной стоял смурной Савин.

— Деда Мороза вызывали? — Никита коротко кивнул мне и вошёл первым, практически не смотря в глаза.

Чёрт… Не к добру это.

— Привет, Артём. Меня дядя Женя зовут, — Савин сразу направился к пацану, чей взгляд был приклеен к источнику волшебного аромата — высоченной стопке коробок в руках Лютаева.

— А я Артём, — он быстро пожал Савину руку, но тут же ахнул, возвращая взгляд. — Дядя Женя, а кто вам сделал такую татуху? Я тоже хочу!

— Отставить татухи, иначе твоя мама меня в салат скальпелем покрошит.

— Эх… Это она может, — пацан с восторгом рассматривал рунические символы, а Савин не отнимал руку, с любопытством наблюдая за детской восторженной реакцией.

— Налетай, давай. Тебе силы нужны, а то завтра твоя очередь сто кругов в бассейне делать, — Никита выставил на журнальный стол угощение, пока я наливал сок.

— Тём, мы украдём дядю Игоря на пару минут? — Савин встал, будто случайно сделав громкость телевизора больше, а после одобрительного кивка первым вышел на террасу.

Напряжение в воздухе буквально трещало… Мы дружим лет двадцать, и за это время не было ни дня, чтобы мы не встречались. У нас общий бизнес, и даже в самые тяжелые времена мы умудрялись не ссориться.

Но теперь всё изменилось…

Моя просьба прозвучала как ультиматум. Я буквально потребовал у Лютаева слить собственного отца, чтобы в первую очередь оградить Соню от неприятностей, в которые её засасывало стремительнее, чем я рассчитывал, ну и во-вторую — скинуть с генерала погоны.

Я его ненавидел! Ненавидел настолько люто, что порой не видел в нем ничего человеческого. Это демон, воплощение грехов, пороков, слабостей и подлостей.

Но у Никиты картина иная… Да, его отец не подарок. Да, он очень похож на моего в своих завышенных требованиях к ребенку. Да, его друзья причастны к той аварии, унесшей жизни наших мам. Но у него он был… Хреновый, меркантильный, но все же отец!

Когда Никита в семнадцать ушел из дома, тот землю рыл, пытаясь вернуть его домой. А моему все равно было…