Книга Сердце для чудовища, страница 63 – Натали Грант

Лёгкие будто сжались, отказываясь дышать. Пот скользнул по ладоням, стекал между пальцами, судорожно сжимающими бутылку. Горячая волна тошноты поднялась к горлу. Я не была настолько наивной, чтобы не понять, что скрывалось за его словами. Я посмотрела на Кайдена — с мольбой о помощи.

Не отдавай меня им. Пожалуйста.

Молчание растянулось. Секунда. Две. Три.

Когда Кайден заговорил, его голос прозвучал как тихий удар металла о камень — безэмоционально, ровно. Но под этим звуком скрывались глубокие, темные ноты, от которых в груди стал подниматься ледяной страх.

— Слишком низкая ставка, — его глаза остановились на Тайроне. — Вы уже проигрываете. Зачем мне нужен ваш… хлам?

Он кивнул в сторону слуг Тайрона и Рафаэля — Джаспера и Бетани, стоявших с опущенными головами, словно сломанные куклы.

Что-то внутри меня дрогнуло в странной благодарности. Кайден не просто защищал свою собственность — он отказывался даже рассматривать возможность, что я могу оказаться в руках других. Это не должно было вызывать тепло внутри, но оно разлилось предательской волной.

Тайрон не сдавался. Его улыбка стала шире, глаза сузились:

— Ты случайно не боишься проиграть свою игрушку, Вайкрофт? — он сделал паузу, облизнул губы. — Понимаю. Ходят слухи, что эта малышка у тебя на особом счету. Может, она уже… не совсем и подчиненная?

Я ощутила, как пламя заливает лицо — до самых корней волос. Шарлотта наблюдала за Кайденом с холодной сосредоточенностью хищницы, улавливая каждое движение, каждую тень эмоции.

Кайден сделал шаг вперёд — всего один. Но воздух в тот же миг уплотнился, будто стал вязким. Звуки исчезли. Даже птицы притихли.

— Играем дальше без ставок, — каждое слово падало, как камень в глубокую воду.

Я видела, как Тайрон побледнел — ухмылка исчезла, губы сжались в тонкую линию. В его взгляде мелькнула тень недовольства, но он не стал спорить. Челюсть напряглась, будто он сдерживал слова. Между ним и Кайденом повисло молчание — густое, насыщенное смыслом, понятным только им двоим.

Рафаэль поднял руки в примирительном жесте:

— Ладно, ладно! — его голос звучал фальшиво бодро. — Продолжаем играть.

Игра возобновилась, но напряжение не исчезло — оно стало плотнее, осязаемее. Каждый удар ракеткой теперь нёс в себе ярость, каждый выпад был личным.

Мысли беспорядочно носились в моей голове. Кайден только что публично, пусть и тонко, вступился за меня. Он отказался даже рассматривать возможность, что я могу принадлежать кому-то другому. Это должно было пугать, но вызывало внутри странное, извращенное облегчение.

Шарлотта бросала на меня изучающие взгляды — внимательные, оценивающие, будто пыталась увидеть сквозь кожу, что в мне такого, чего нет в других. Её прекрасное лицо оставалось безмятежным, но в глазах разгоралось что-то холодное и расчетливое.

А в глазах Тайрона я увидела другое — обещание. Тёмное, мрачное обещание, адресованное лично мне.

Мяч летал над кортом с нарастающей скоростью и яростью. Борьба становилась всё ожесточеннее. Каждый удар — выверенный, сильный, почти личный.

Внезапно мяч полетел прямо в мою сторону — слишком быстро, чтобы быть случайностью. Я вскинула руки инстинктивно, но недостаточно быстро.

Рука Кайдена возникла в воздухе, перехватив мяч за долю секунды до того, как он врезался в мое лицо. Его тело оказалось так близко, что я почувствовала жар его кожи, услышала его дыхание — ровное, контролируемое, но с чем-то тёмным, бушующим под поверхностью.