Книга Вкус вина на кончике языка, страница 18 – Кея Сирион, Вине Меир

— Руки бы вам оторвать… Права слова, уберите это! — махнул он рукой на мертвое тело. Горничные, конечно, заметушились, принявшись исполнять приказ.

— Вы обе наказаны. Надеюсь, не нужно напоминать вам, как это проходит? — спрашивает тот, а потом встает в пол оборота к Аде, — Исправь это до завтрашнего вечера. Со мной поедет только Руби.

Младшая даже не слышала, что мужчина говорил. Она провожала рыдающих девушек с чуть приоткрытым ртом.

— В следующий раз нужно молчать… — бубнит себе под нос Хоуп, теперь уже смотря на то, как мертвое тело уносят прочь. Ада посмотрела на шатенку с осуждением.

— Идем… поищу, чем можно это исправить… — кивнула она в сторону лестницы.

До позднего вечера старшая возилась над Руби. Сколько раз ей говорила младшая, что это все пройдет, это всего лишь экстракт, но та просто выполняла приказ.

— Почему остальные не пойдут? Остались те, кто молчал… — спрашивает младшая вслед старшей, когда укладывается на постель.

— Барнбас не любит, когда нарушают правила. Еще и накануне важного приема… Они посмели испортить твою кожу, навредить тебе — его главному достоянию коллекции.

— Коллекции? — спросила та тихо, — Хм… Ладно, вижу, вы тоже не в настроении, так что не буду вас ни о чем спрашивать больше… — смотрит та на розоватое платье в пол, что блестит, освещаемое светом луны.

Ада шумно выдохнула.

— Все могло закончиться куда хуже, если бы это произошло завтра. Понимаешь, о чем я говорю? Если чувствуешь недомогание, слышишь плохие вещи в свой адрес — сразу говори мне. Чем больше будешь молчать, тем больше будет жертв, и не могу обещать, что в следующий раз он свернет шею не мне…

— Я вас поняла… — накрылась шатенка одеялом, после того, как последний штрихи мази коснулись кожи и чуть подсохли, и закрыла глаза. Здесь уже дело набирает новые обороты. Молчишь — страдают многие, в том числе и та, кто помогает. Говоришь — выходишь сухой из воды, но тебя начинают ненавидеть больше.

На завтрак девушка не спустилась. Сидела на кровати и ела оставшееся мороженое, пялясь в стену и на платье.

«И такая хорошая жизнь имеет свое несчастье…»

Снова стук в дверь. Похоже, здесь спокойно побыть одной не так-то и просто. Однако, в ожидании прихода Ады, реальность такова, что в дверях стоит Фаготт Барнбас.

— Ты не спустилась к завтраку…

Руби застывает с надутыми от количества мороженого во рту щеками и поворачивает голову, прикрывая ладонью рот.

— Я мороженое решила поесть… Жарко что-то, — указывает она на окно, где солнце показывается. И правда, душно, а окна не дают открывать.

Он окинул ее взглядом и прошел к окну. Чуть ли не сорвав рукой замок, Фаготт приоткрыл его немного, впуская свежий воздух.

— Спасибо… — проглатывает остатки вкусного десерта девушка, оставаясь сидеть на кровати. Пятна чуть сошли, но после такого завтрака, она ещё раз использует мазь, что находится на столе возле кровати.

— Почему не сказала мне сразу? — спрашивает он холодно, встав к ней полубоком. Он точно говорил о вчерашней ситуации, — Я давал повод к недоверию?

— Нет… Я вообще хотела оставить все в секрете, но… Когда услышала о докторе, то вырвалось само… Извините… Глупая, что с меня взять? — опускает она виновато взгляд в ведёрко.

— На первый раз я спущу это тебе с рук. Но в следующий — будешь наказана, как и остальные. Да, просто за то, что умолчала. Терпеть не могу секреты.