Онлайн книга «Все ради тебя»
|
Но мне забавно. После тех объятий мы, конечно, больше друг друга не касались. Держим дистанцию, пока идем до кабинета, но она не холодная. Она другая. Как когда ты слишком хочешь быть ближе, но стесняешься. Шутка века! Мы были вместе так долго. Мы очень много занимались сексом! Очень много! И в разных местах, конечно же. А теперь…вот стесняемся как дети. Трогательно, надо сказать. Эффект усиливается дальше, когда мы попадаем в кабинет. Мой врач — Зоя Олеговна, — уже ждет. Она бросает пару шуток про «очень ответственного папу», который даже на кресло мне помогает залезть, придерживая за поясницу. Снова просится что-то саркастичное, но я не могу. Не могу! Глядя на его искреннее беспокойство, выдавить из себя что-то едкое? Выше моих сил. Он так забавно хмурится… А сам на живот смотрит. Только на него! Это второе его сокровище, второй его мир. Единственный раз, когда он отводит глаза — это когда я юбку задираю, чтобы оголить это его сокровище. Тут я уже не выдерживаю… — Боишься, что я ослеплю тебя своими элегантными формами? Тихо цыкает и бубнит себе под нос. — Прекрати, Рассвет. Ты выглядишь великолепно, просто… Заминается. Я решаю ему помочь, натянув на себя покрывало. Сама ловлю улыбку врачихи, глаза слегка закатываю, мол, дурак! Но свечу-у-усь, девочки, ярче солнца. — Я прикрыла свой срам. Наконец, слышу смешок Адама. Он по-озорному, по-детски, хулигански даже! Бросает на меня взгляд и тоже закатывает глаза, мол, молодец, прищучила меня! Но зла в этой комнате нет. Видимо, гормоны добрались до отсека моего мозга, потому что я снова не помню, чтобы оно когда-либо было в принципе. Я так счастлива… — Сейчас будет прохладно. С этими словами, как по всем традициям лучших (и не очень) мыльных опер, мне на пузико бахает холодная жижа. Слегка вздрагиваю — Адам тоже. Черт! Да он такой нервный, испуганный! — Успокойся, — шепчу ему, но он не отвечает. Не может. Смотрит внимательно на живот, дергает плечами, типа все хорошо, и переводит взгляд цепких глаз в монитор. Следит. За каждым изменением, движением! Он просто не может налюбоваться, а потом происходит это… — Ну вот…ваш малыш! Хороший, сильный ребенок. И правда он. Закусываю губу, взгляд теряет фокус. Чувствую, рыдать я все-таки буду… — Он такой маленький… — тихо говорит Адам, но скорее неосознанно. Потому что он сейчас — сама неосознанность. Делает шаг. Как под гипнозом! И поглощает каждый пиксель. Наверно, если его сердце измерить сейчас — это будет что-то определенно очень быстрое. Очень-очень быстрое. Смахиваю слезы, улыбаюсь — он такой счастливый… Ты правда счастлив? Правда… Мне не нужно слышать — я это чувствую. — Ну… — начинает врач, и Салманов сразу реагирует, резко повернув на нее голову. — Что-то не так?! Какие-то проблемы?! Усмехается. — Нет, никаких проблем нет. Ребенок здоров, развивается правильно, просто он большой. Уже сейчас ясно… — А кто это будет? — Давайте посмотрим…так…ну же, малыш, не прячься, — еще один смешок, пока прибор рыскает по моей коже в поисках заветной информации, — Стеснительный. Это он в отца… Который вообще не дышит! Замер! Глаза выпучил! — Адам, дыши, — шепчу, но опять никакой реакции. Он только быстро смотрит на меня — снова в экран. Губу прикусывает… Ох, боже. Бедолага… |