Онлайн книга «Измена за изменой»
|
Некоторые мои любовницы никогда не пытались повторить наш «акт», несмотря на мои возможности. Они говорили, что их пугал этот мой взгляд…потом пугался я. Меня действительно иногда сильно волнует та грань, до которой я могу дойти, и это ни хрена не шутки. Они позволяют делать со своими телами все, и эта возможность…она, как блядский наркотик, сводит с ума. Ты даже чувствуешь себя, как наркоман: получаешь дозу - тебе отлично; а потом бесконечно мерзко и хочется сдохнуть. Я всегда считал себя самым конченным зависимым из всех, но сейчас…почему сейчас мне это все не нужно? Как она это сделала?… Пока Лиза застегивает пуговки, я провожу пальцами по ее щеке. — Спасибо… - шепчу, Лиза хихикает. — За рубашку? Брось. Это… — Не за это. Лиза резко останавливается, смотрит мне в глаза, и я ей отвечаю. Шепотом… — Просто спасибо, что ты рядом… Кивает. Наверно, она думает, что я - сумасшедший. Мы почти не знаем друг друга, но у меня откуда-то другое ощущение. Будто я знаю ее всю жизнь, и так внезапно хочется, чтобы это стало правдой… Ужин проходит очень и очень странно. Мама заказала семгу из ресторана в центре поселка, так что когда мы спустились, дом уже наполнился ароматами свежей рыбы и жаренной картошки. Обычно я люблю рыбу, равнодушен, конечно, к картофелю, но мне нравится проводить время с мамой. А сегодня захотелось сбежать. Схватить Лизу, сесть в машину и увести ее подальше, но… это было бы нелепо, согласитесь. Или нет? Может, реально сбежать? Я пару секунд серьезно изучаю такой исход, глядя на дверь, но мама зовет к столу - путь закрыт. Ясмин свалила. Это хороший знак, хотя, как я и думал, Изольда все еще здесь. Меня бесит разыгранное ей представление. Она задает определенные вопросы, которые Лиза не понимает. Мама тоже не понимает. Они принимают их за чистую монету, и только я знаю, что в этой мрази нет ничего чистого. Она - воплощение самых моих страшных пороков. Она их родоначальница. В какой-то момент я упускаю нить разговора, а подключаюсь слишком поздно. Изольда уже вовсю расспрашивает Лизу о ее работе, и я прекрасно понимаю, к чему это приведет. Поэтому резко встаю. — Изольда, не поможешь мне унести тарелки? Просьба не покажется странной. Я прекрасно понимаю, что мама хочет остаться из моей девочкой наедине, чтобы с ней поговорить, а мне - хороший повод решить свои проблемы. Они сейчас растягивают губы в улыбке и шепчут: — Конечно, Адам. Мы молча удаляемся с террасы. Идем. Каждый шаг - удар моего сердца об острые скалы. Новая искра к моей чертовой ненависти и ярости. Какого хера ты делаешь?! Во что играешь?! Когда она ставит тарелки на кухонный гарнитур, я сразу хватаю ее за руку и дергаю на себя. Увожу во тьму. Где ей самое место. Это кладовая, и, кажется, ее стене не хватает украшения в виде распластанной, старой суки. Именно это упущение я и исправлю, когда толкаю ее и нависаю сверху. — Какого хера ты делаешь?! Изольда улыбается шире. Я чувствую, как она подается ко мне бедрами, но сразу отхожу на шаг. — Не трогай. — Да брось, мальчик мой…ты разве не скучал? Внутри все собирается в жесткий узел и тянет-тянет-тянет. Во рту становится сухо. Я ее ненавижу! И с радостью убил бы на месте, только не могу…так гадко, но я не могу. Твою мать… Отхожу еще на шаг. Сердце в груди бешено стучит и бьется. |