Книга Довод для прощения, страница 147 – Ария Тес

Выруливаю на трассу и достаю свой телефон.

Все будет хорошо, Жень. Я тебя найду.

Женя

Когда трубки кладутся, только в этот момент до меня доходит, что это все нихрена не шутка.

Кажется, вот теперь я влипла на все сто процентов.

Стас давит на педаль газа с какой-то дикой, абсолютно сумасшедшей улыбкой, а свет мимо пробегающих фонарей делает выражение его лица еще более устрашающим. Знаете…такая ужасающая игра света и тени, когда все грани разумного стираются, а сердце начинает колотиться в груди, отдавая в висках и горле.

Руки немеют.

Я чувствую, как холодок моментального понимания проходится по позвоночнику, а потом кусает внутренности. Меня осеняет! Во рту сушит, язык прилипает к небу.

Господи…неужели?...

— Хочешь о чем-то спросить? — слышу его голос, как из-за толстого стекла.

Которого здесь, увы и ах, нет. Нас не разделяет ни одно спасительное препятствие. В любой момент он может протянуть руку и коснуться меня, чтобы причинить боль.

Стас именно этого и хочет.

Он не говорит, конечно, но зачем произносить такое в слух? Сейчас работают инстинкты, которые считывают все всполохи на каком-то глубоком, животном уровне. Я впервые понимаю, что это означает. Наверно, так чувствовали себя все животные, попавшие в капкан охотников или других, более сильных хищников? И совершенно точно так чувствовали себя все жертвы маньяков. Когда они понимали, как на самом деле быстротечна жизнь, как она хрупка, и как просто тебя могут лишить спасительного вдоха — всего лишь и нужно протянуть руку.

Господи, пожалуйста, помоги…

Проглатываю сухой комок, ставший в горле, как кость, сама прижимаю руки к животу. Дура! Зачем же я ему сказала… зачем я вообще села с ним в машину?! Ведь Стас мне никогда не нравился! Почему я забила на свою интуицию?! Ну да. Влад ему доверял. Да, доверяли и остальные, но где были мои то мозги?! Которыми думать нужно самостоятельно, а не перекладывать это ответственное дело на чужие плечи!

Черт-черт-черт!!!

Прикрываю глаза, чтобы выдохнуть. Нужно взять себя в руки. Спокойно. Мне нельзя нервничать…

Вспоминаю бумагу, которую получила на почту каких-то двадцать минут назад. Там черным по белому написано: вы — беременны! И не просто беременны. Судя по показателям, у вас будут близнецы. Ну…по крайней мере это возможно.

То есть. Мне. Нельзя. Нервничать. Умноженное. На. Два. Успокойся!

Не молись.

Нужно спасаться самой.

Думай.

— Давай только без истерик? — усмехается зло Стас, — Сопли — это оставь своему Владику…

Он произносит имя названного брата, как что-то мерзкое, почти отплевывается, и я так хочу спросить: это был ты? Да? Ты организовал на него покушение?…

Но я молчу. Нельзя. Мне страшно, что я так могу его спровоцировать непонятно на что, страшно, что так я упущу свой шанс…прикусываю язык.

Терпи.

— Знаешь…мне вот искренне интересно, — снова звучит его голос в тихом гуле проносящихся мимо деревьев, — Что в тебе такого особенного?!

Медленно перевожу на него взгляд.

Стас сильнее сжимает руль, на губах горит едкая ухмылка, а на щеках играют желваки.

— Я и три года назад не понимал…как можно было оставить Еву…ради такой, как ты?!

Неожиданно…в обычной обстановке я подняла бы брови и непременно как-то сострила, только сейчас холодею еще больше.